#чтосмотреть #поехалисмотреть Сегодня в Лондоне открылась выставка «Schiaparelli: Fashion Becomes Art». Сюрреалистическая богиня моды, «перелобстерившая» Дали и покрасившая белого медведя в розовый получила музейную выставку в Англии впервые, в V&A, и компанию ей составили Дали, Ман Рэя и Пикассо. Эльза Скиапарелли любила шокировать, и потому ее первая персональная выставка в V&A ощущается как парижская вечеринка 1930-х с самой Скиап (как называли ее друзья) и её дорогими друзьями Кокто и Дали. Голые русалки и гарцующие лошади, шёлковые морковки и арахис в скорлупе, позолоченные хоботы слонов, барабаны и маски — и это только пуговицы. Весенняя выставка V&A — восхитительное падение в кроличью нору под названием Schiaparelli, модный дом сюрреализма. Скиап создавала остроумную, а не просто красивую одежду, и этот живой дух ебанины пронизывает всю экспозицию. Туфля превращается в шляпу, снаружи платья вырастают кости, диск телефонного аппарата становится пудреницей. Прогулка по залам больше похожа не на дефиле, а на коктейльную вечеринку в Париже 1930-х с Скиапарелли и её друзьями — Salvador Dali и Jean Cocteau: дерзкую, полную визуальных шуток и внутренних кодов. Рядом с картиной Man Ray с горящей свечой в костюме арлекина — манекен, из плеч которого вырастают золотые пальмы. Современница Скиап Коко Шанель язвила, называя её «той итальянской художницей, которая делает одежду». Эта выставка превращает колкость в комплимент: Скиапарелли была не дизайнером среди художников, а художницей сама по себе. Показательный пример: знаменитый «лобстерный телефон» Дали выставлен рядом с «лобстерным платьем», которое Скиапарелли создала вместе с ним, и которое прославила Уоллис Симпсон. Платье, кстати, появилось на год раньше телефона. Рядом с её знаменитым «платьем-скелетом» 1938 года — ещё одной коллаборацией с Дали, где ватные рёбра и позвоночник пугающе проступают через чёрный креп, — лежит письмо художника: «Дорогая Эльза, мне невероятно нравится идея костей снаружи», — где он прямо признаёт, что идея принадлежит ей. Портрет работы Pablo Picasso изображающий Нуш Элюар в наряде Schiaparelli и шляпе-подкове, запечатлел момент, когда Скиап вошла в мастерскую, и Пикассо, заворожённый образом, немедленно принялся её писать. Скиап обожала шокировать. Её любимым цветом был шокирующий розовый, и она превратила его в часть бренда. В витрине её бутика одно время стоял чучело белого медведя, выкрашенного в розовый. Когда она умерла в 1973 году, её похоронили в розовом. На выставке есть и пальто, созданное для Джейн Кларк (жены искусствоведа Кеннета Кларка) к коронации 1937 года — оно застёгивается на одну пуговицу в виде обнажённой русалки на груди. Да, мода как перформанс началась задолго до Кардашьян и Met Gala. Молодая аудитория, пришедшая к Schiaparelli через TikTok и вирусные красные дорожки, будет в восторге от платья, в котором Белла Хадид произвела фурор в Каннах — золотого бюстье в форме лёгких — и от робота-младенца из старых телефонов и плат, появившегося на подиуме в 2024 году. Критики Скиапарелли всегда ставили один и тот же вопрос: можно ли смешивать моду и искусство? Тем, кто отвечает «да», выставка точно понравится.