Ого, какой своевременный пост. Старым людям начинает казаться, что когда они были молоды, все было много лучше: снег был белее, вода прозрачнее, колбаса вкуснее. Таким старым человеком был после войны всесильный диктатор России - Иосиф Виссарионович Сталин. Старость подходила все ближе и ближе. Оставалась слабая надежда, что ощущение молодости может вернуться, если все вокруг примет те самые формы, которые окружали его когда-то. Та же мелодия, но в исполнении гобоя. Он был счастлив в молодости в СССР, и вот теперь методично собирает его обратно. Не потому что это лучше работает, а потому что именно так ему было удобно и понятно. Это не политический проект, а ностальгический запой, растянутый на десятилетия. И сейчас страной управляет не идеология, а личный альбом воспоминаний. Поэтому возрастные ограничения для голосования и президентского кресла — это не дискриминация, а техника безопасности. Старость почти всегда означает неофобию: раздражение от непривычного, желание законсервировать мир в том виде, в каком ты его запомнил. Человек на выходе из жизни начинает относиться к будущему как к своей гостиной. Мол, не трогайте мебель, пусть стоит, мне и так уже недолго осталось. Уходящие натуры, даже если в их головах они еще ого-го, и могут два раза за ночь, не должны определять вектор развития жизни стран и молодых поколений.