БОЖЕНА ✔

Критики пишут, что картина «смело исследует тёмную изнанку украинского сопротивления». Мы называем фильм «Мирняк» и привозим его в Венецию. Как вы думаете, сколько минут нам будут аплодировать?Двадцать четыре минуты? Двадцать две? И особенно интересно, что после премьеры скажут не украинцы. С украинцами всё понятно: они нас просто побьют, и это будет самая содержательная рецензия на картину. Что скажут наши порядочные люди? Наши либералы? Антон Долин? Александр Молочников? Одесса Рэй? Полагаю, Антон Долин — как самый спокойный и прекраснодушный представитель этого сообщества — терпеливо объяснит, что анонимных свидетелей невозможно проверить. Что действия украинской армии вырваны из контекста российской агрессии. Что автор намеренно не показывает Киев, Бучу и Мариуполь. Что гибель гражданских сама по себе не доказывает намеренного удара по гражданским. Он скажет, что трагедия используется для эмоционального шантажа. Что карпатская корова не имеет никакого отношения к обстоятельствам удара по Белгороду. Что монтаж, в котором после белгородской воронки показывают черновицкий флэт-уайт, спекулятивен. И будет прав. Александр Молочников, вероятно, заметит, что фильм стирает различие между агрессором и обороняющейся стороной. И тоже будет прав. Одесса Рэй скажет, что Венецианский фестиваль легитимизировал агитку под видом искусства. И — какое несчастье — снова окажется права. А я начну оправдываться. — Но Роднянский же украинец! — закричу я. — Сам украинец! Разве украинец может снять фильм против Украины? Он честно говорит, что Украина совершает преступления, когда бьёт по складу Wildberries, зная, что там ночной сторож-таджик! Не верите — спросите Роднянского. Он с Украины! И тогда нам с Роднянским скажут: — Вон из приличного общества. Вон из профессии. Таких людей больше нет. И будут правы. Но позвольте, ведь в случае с Израилем все тоже самое? — Нет, это другое. Понимать надо. Сердцем чуять разницу. *Антон Долин и Александр Роднянский признаны иноагентами