Про некоторые хорошие книги сложно говорить сразу после прочтения, потому что их атмосфера остаётся во мне надолго, но на волне своего посещения музея обэриутов, я возвращаюсь рецензией к книге, которая меня к этому посещению и подтолкнула — абсолютно прекрасному роману Евгении Чернышовой «Собака Вера», изданному в серии азбука.голоса. Собака Вера — второстепенный персонаж макабрической пьесы Александра Введенского «Ёлка у Ивановых», которую я читала этой зимой. Собака проходит мимоходом в сюжете «Ёлки» и также мимоходом её встречаешь на страницах романа Чернышовой, в котором герои сталкиваются с новой реальностью — повсеместное вымирание всех животных на планете. Это явление черной собаки на улицах Петербурга, где никаких собаки давно не было и быть не могло запускает цепочку событий, разъясняющих и новые условия человеческого существования в мире и погружающих в воспоминания, чтобы рассказать как мы все в этой точке оказались. «Собака Вера» вступает в параллель с «Миграциями», да и всеми романами Шарлотты Макконахи, орущими на читателя о глобальном истреблении жизни; в параллель с новостями, которые выходили в сентябре-октября об уничтожении медведей в спячке, плату за медвежью голову и выводе некоторых редких видов из Красной книги. Антиутопическая и почти апокалиптическая реальность романа пробирается в нашу жизнь, и про «Собаку» много раз говорили, как про книгу в жанре «уютного апокалипсиса», потому что герои её уже привыкли к новой реальности, смирились с ней, признали неотвратимость конца всего и принятие это, обыденность умирания становится очень сейчас понятна, когда мы в который год подряд смотрим новости об экологии, войнах, выбросах нефти, катаклизмах и катарсисах и учимся, и учимся смерть эту принимать. Роман Чернышовой состоит из фрагментов дневников, воспоминаний, переписок молодых героев, которые на фоне вот этого всего ужасного живут на самом деле не самую ужасную жизнь, прямо такую же, как у нас. Любят, изменяют, шутят глупые или умные шутки, ищут друг друга, находят и снова расстаются, чинят сломанные зонтики и разыскивают чёрную собаку, их истории между собой сшиваются на только собачьей константой всего повествования, но и параллельной документальной линией истории обэриутов, которые тоже говорили о конце, но конце смыслов. Каждый из героев круга ОБЭРИУ, а также других поэтов, людей искусства начала двадцатого века сохраняет свой исторический образ, и только с Еленой Гуро писательница проводит изящную подмену — так в романе появляются дневники Полиной Бировой, вобравшие в себя все известные сведения о реальных дневниках Гуро, вписанные в повествование под псевдонимом художественного персонажа, чтобы дать пространство нежных и очень печальных размышлений Полины о заканчивающейся на её глазах эпохе — и, прочтя биографические справки про жизнь и смерть обэриутов в книге, станет понятно почему так остро ощущается эта финальность. Об этом Евгения рассказывает в подкасте Два авторских, а здесь я предлагаю снова посмотреть на сайт писательницы, в котором можно найти не только авторские иллюстрации персонажей истории, но и гениальные книжные постеры.