Книжная околица

Фан факт — вчера мой эппл календарь устроил бунт и удалил всё моё расписание дел и напоминаний. Для человека, у которого распланирован каждый день на ближайшие два месяца и немного на год вперед — эта трагедия. С грехом пополам восстановила доступ к айклауду, но мой календарь восстановить оказалось не под силу, решила начать жизнь с чистого листа. Скорее всего я что-то забыла и ещё обязательно забуду, потому что последние годы могла точно сказать что конкретно я делала в прошедшую дату только благодаря своим напоминалкам, но попытка кардинально разгрузить мою занятость оказалась радикальной! Я оценила. Вместе с этим весь день смотрю лекции курса модератора книжных клубов от просветителя, такое это удовольствие — и слушать лекторов, и обсуждать все сказанные на лекциях тейки с друзьями, которые курс проходили раньше или сами занимаются организацией книжных клубов, потому что единого подхода нет, но чужой опыт всегда интересен. Моя любимая лекция сейчас на курсе — лекция Ольги Велавичюте, по теоретическим масштабам абсолютно неохватная, скорее всего вернусь к ней ещё не раз. В момент записи лекции Ольга ещё вела свой книжный клуб по африканской литературе и я черпаю из её упоминаний и её постов на канале интересные книжки африканских авторов. Ещё очень нравится этот пост Екатерины Аксёновой про хиты книжных клубов, в котором ещё вшит гид обсуждения текстов с соклубниками. Судя по всему в каждом потоке у просветителя новые лекторы, и я слушаю архивную запись лекций прошлого года, а вот здесь Екатерина уже пишет про то как к ним в этом потоке пришёл в качестве лектора Армен Захарян 👁️👄👁️ Ну теперь-то оно мне тоже надо, потому что теоретическая база курса помогает не то чтобы конкретно только для организации клубов, но и для литературного анализа в целом. Мне не кажется, что литература создаётся и существует в вакууме, контекст всегда имеет значение — как оно писалось, издавалось, промилось, читалось и обсуждалось первыми читателями, и я изучаю как именно разбирать этот контекст, чтобы видеть и междустрочье сюжета, и литературный подход автора.