Книгижарь

(Решил, что надо пояснить, почему я стал много писать про ИИ. У русскоязычной литературы сейчас есть две экзистенциальные угрозы, цензура и ИИ (поправка: не сама технология, а ее ничем не ограниченное продвижение компаниями). С цензурой все понятно, мы за пять лет более-менее разобрались, как она работает, на административном уровне (с изъятием книг из библиотек или запретом на продажи в книжных), и на уровне самоцензуры. Из-за цензуры разрыв между тамиздатом и тутиздатом становится все шире, в итоге у пишущего на русском языке все больше дилеммы, либо ограничивать себя в текстах даже на элементарные темы, либо не ограничивать, но терять аудиторию или рисковать попасть под запрет. С ИИ история немного другая, потому что какое-то количество писателей почему-то уверены, что им лично он не угрожает и даже помогает. Они не особо отдают себе отчет в том, что, если ИИ может заменить их на какой-то части написания текста (не в ресерче), то читателю нет никакого смысла читать эту нагенерированную ИИшкой прозу, потому что он ее может нагенерировать и сам. А книги читаются для того, чтобы увидеть человеческую перспективу, новые грани знакомых историй или узнать что-то новое, а не трижды переваренное старое. В итоге ИИ приносит пользу патологическим бездарям, которым лень что-то самим делать, технологическим компаниям и узкой прослойке тех. специалистов, которым он реально облегчает работу. Ни в одной из этих категорий писателей нет, но завал рынка дешевым ИИ-слопом угрожает тем, что все больше авторов перестанут зарабатывать на книгах, будут вынуждены бросать писать и заниматься тем, что принесет хоть какие-то деньги. А значит, мы потеряем голоса прежде всего небогатых людей, меньшинств, непривилегированных классов и так далее, а в разрезе России ИИшницы еще и сильно завязаны на государстве и оборонке, так что ИИ-история становится сильно повязанной с той самой цензурой. И вопрос не в том, почему кто-то бьет тревогу по поводу этих двух угроз, а в том, почему это не делают все остальные.)