Елена Козлова. Плутон меняет знак, Альпина Паблишер, 2025 Первая книга из традиционного издательства в этой подборке. Место действия — (не)альтернативная Москва, где государство регламентировало все. Каждый гражданин старше восемнадцати обязан по утрам медитировать через госплатформу «Госчелобит», шлемы выдают бесплатно, за бездетность берут налог, по телевизору вместо погоды читают астропрогноз. Свободного искусства больше нет, поэтому героиня Анастасия, в прошлом издательница, переучилась на клинического психолога и работает в реабилитационном центре с зависимыми. А в ее квартире живут бывший муж, который никак не съедет («съеду, когда Плутон сменит знак»), и призрак покойной матери, который никак ее не отпустит. Первое, что подкупает, это голос. Козлова пишет плотным ироничным потоком сознания, где бытовая точность мешается с сатирой на госсистему и черным юмором. «С астропрогнозами это они хорошо придумали. Не можешь остановить движение, надо его возглавить. А то раньше тьфу — про погоду говорили. Кому эта погода нужна, если она все время меняется. А в астрологии все четко — углы, узлы, градусы, тригоны. Живешь по велению планет — и никакой ответственности». Отдельная удача это мистический слой. Высотка на Котельнической кишит фантомами: по подъезду бродят призраки, например, дух Рождественского декламирует стихи. А про призрак собственной матери, который живет с ней в квартире, героиня говорит так: «Для общения он использует наборы избитых фраз в зависимости от ситуации. А иногда и в рандомном порядке. После смерти ее лексикон законсервировался, как это случается с теми, кто навсегда уехал из родной страны». Козлова нигде это не объясняет и подает наравне с очередью в магазине. До конца остается такая двусмысленность: то ли мир и правда населен призраками, то ли мы видим все глазами измотанной женщины, которая лечит чужие психозы, плохо справляясь со своим. Роман делится на шесть глав, каждая по именам пациентов. Постепенно понимаешь, что все они, и сама Анастасия, и вся страна застряли в одном капкане: жизнь замерла, все ждут внешнего знака, чтобы измениться, и потому не меняются сами. Мысль простая и злая: магическое мышление, астрология ли, медитации ли, снимает с человека ответственность за собственную жизнь. Это одна из тех антиутопий, что стали трендом в русской прозе последних лет, где состояние страны описывают эзоповым языком, стараясь напрямую не называть ни войну, ни репрессии, ни прочие ставшие непроизносимыми вещи. Война у Козловой ни разу не поименована, репрессивная машина показана через абсурд обязательных медитаций и налога на бездетность. Но в этой книге гротеск подан удачно и не выглядит ширмой для чего-то большого, о чем не принято говорить, за что книге лайк. К финалу застой разряжается: в рехабе случается пожар, горят папки с историями болезней, горит система. Вообще, горящая психлечебница как образ освобождения — ход не новый, начиная с «Пролетая над гнездом кукушки» до «Джокера 2» и много чего еще. Но Козлова троп выворачивает: ворота открыты, беги куда хочешь, а пациенты не двигаются, потому что снаружи страшнее. «Тут еда, распорядок дня, думать ни о чем не надо». Свободу дают, и оказывается, что она никому не нужна, кроме одинокого оленя Достоевского, который сбегает прочь из рехаба. Претензия есть, по сути, одна: книга долго запрягает. Пять шестых объема это медленное накопление портретов почти без событий, а вся разрядка спрессована в последнюю главу. Это неплохо для книги, построенной на голосах персонажей (у всех явно слышится свой, что хорошо), но отличается от других антиутопий, движущихся по сюжетным рельсам. В сухом остатке это умная, злая и очень хорошо написанная книга о стране, которая сидит в болоте и ждет то ли «эры Водолея», то ли того, что Плутон сменит знак и все как-нибудь само переменится. По температуре это ближе к Петрушевской с ее мистическими бытовыми рассказами, а по вязкому сюрреалистичному мороку, в котором все увязли, неожиданно напомнило игру «Мор. Утопия». Если вам это близко и вы не боитесь «персонажных» книг, рекомендую. #книга_по_записи