Книгижарь

«Во время очных ставок, когда были представлены неустановленные лица издательства «Эксмо», я полностью изобличил их в преступной деятельности, которую они проводили в издательстве, поскольку все это было на моих глазах, и я был свидетелем того, как они, собственно, нас втягивали в эту деятельность. И вся информация, которой я владел, которую я помнил, которую я знал — я всю эту информацию предоставил следствию, выступал как эксперт», — говорил Павел Иванов. Иванов подчеркнул, что давал показания добровольно, а уволился в октябре 2024 года, поскольку понимал, что деятельность издательства незаконна. «Я считал, что это мой гражданский долг — дать правдивые показания на людей, которые, собственно говоря, занимались и занимаются, наверное, сейчас антиправительственной деятельностью, нарушая Конституцию Российской Федерации. Я еще в 2023 году в Госудме выступал с этим, просил ввести цензуру на книжную продукцию со стороны правительства, и сейчас считаю, что это необходимо. Поэтому никакого давления, это осознанный поступок. Я считал, что нужно выявить людей и дать всю необходимую информацию следствию!» — говорил Иванов в суде. Никому не пожелаю оказаться на месте Павла Иванова и говорить те страшные вещи, которые ему приходится говорить, потому что ему угрожали пытками, сорванным здоровьем, годами в колонии (что одно и то же), — осуждать бессмысленно, человека жалко, даже если он несет чудовищную херь. Система так построена, что тебя перемолют, если ты не будешь нести чудовищную херь, обвинять людей в том, что они просто согласно своим трудовым обязанностям продавали книги. У первого театрального дела таким человеком была запуганная женским СИЗО бухгалтерша Нина Масляева, у дела издателей такой Павел Иванов. So it goes.