Посмотрел постановку романа Токарчук «Веди свой плуг по костям мертвецов» с Ахеджаковой в роли Душейко, и понял про роман кое-что, что после прочтения не совсем осознавал. Дальше легкие спойлеры, если не читали роман, бросайте читать пост и лучше прочтите его. Ахеджакова в спектакле мастерски (я бы даже сказал, в каком-то смысле чересчур мастерски) отыгрывает полубезумную пани Душейко, которая носится со своими животными и теорией заговора о мести косуль охотникам. Конечно, как и в романе, мы выясняем в конце концов, что Душейко сама убивает охотников, устав наблюдать за страданиями зверей. И поскольку в спектакле сюжет сильно сгущен по сравнению с книгой, мне бросилось в глаза, что вообще-то этот сюжет — не только про заранее известного убийцу и обсуждение его мотивов. Это ещё и знакомый до боли сюжет о единственном разумном человеке, оказавшемся среди сектантов. «Плетеный человек» и прочие истории такого рода. Что представляет собой местечко, где живет Душейко? Все социальные связи там крепко повязаны культом охоты. Охотятся и комендант полиции, и богатый дачник, и священник. Причем не только в сезон, но и вне сезона — нарушая закон. Но кто станет писать заявление на начальника полиции? Даже новая церковь украшена шкурами и головами добытых зверей и напоминает скорее святилище Обходящего ряды из «Детей кукурузы», чем классический католический костёл. И вот в этой среде Душейко оказывается единственной, кто начинает демонтировать «секту» изнутри — устраняя её лидеров. Красота конструкции в том, что в подобных сюжетах мы обычно сопереживаем одинокому герою, борющемуся против тоталитарной структуры. И здесь мы тоже сопереживаем Душейко — но с оговоркой. На фоне вроде бы нейротипичных жителей местечка она выглядит «поехавшей», и её действия автоматически оказываются под подозрением. Да и само убийство людей как способ спасения природы ставится под жирный вопрос. В итоге Токарчук соединяет два тропа — самораскрытие убийцы и борьбу с сектой — и переворачивает их, задавая жесткий вопрос: готовы ли мы оправдывать убийцу, если им движет справедливый мотив? Получается своего рода «Догвилль» от литературы — история о маленьком сообществе, где коллективная нормальность оказывается страшнее индивидуального безумия. В общем, под новым углом взглянул на роман, за это постановке спасибо