Северный морской путь языком БРИКС Кришан Кант Агарвал, регенальный директор ООО «Глобал ДЖЕЛ», член Индийского Делового Совета, советник по международному сотрудничеству со странами БРИКС при Комитете по международному сотрудничеству МРО «Деловая Россия»: Ещё недавно перевозчики, экспортеры и инвесторы оценивали маршрут почти исключительно по двум критериям: времени в пути и стоимости доставки. Сегодня на первый план выходят устойчивость, безопасность и предсказуемость цепочек поставок. Перспективы СМП Именно в этом контексте следует рассматривать перспективы Северного морского пути. Его значение растёт не только из-за потенциального сокращения расстояний между Азией и Европой, но и вследствие нестабильности традиционных морских маршрутов. Язык БРИКС Для стран БРИКС Северный морской путь может стать альтернативным маршрутом доставки стратегически важных грузов. Но речь не идёт о том, что СМП автоматически вытеснит южные маршруты или Суэцкий канал. Его ценность — в диверсификации. Чем больше у экономики надёжных вариантов движения товаров, тем ниже зависимость от одного узкого места или одного политического кризиса. Инфраструктура важнее деклараций Главный вопрос — не в том, существует ли маршрут, а в том, может ли он работать как полноценная логистическая система. Для этого нужны суда ледового класса, ледокольное сопровождение, порты, перевалочные мощности, железнодорожные подходы, контейнерные терминалы, цифровые сервисы, страховые решения и, главное, стабильная грузовая база. Международная кооперация В этом смысле особое значение приобретает международная кооперация. Россия располагает компетенциями в арктическом судоходстве и ледокольных технологиях. Китай обладает мощной судостроительной базой, а Индия и другие азиатские страны могут участвовать в финансировании, создании флота и формировании грузопотоков. Развитие арктических портов Перспективным направлением остаётся развитие арктических портов — в частности, Тикси — как потенциальных контейнерных и распределительных узлов. Однако любой портовый проект имеет смысл только тогда, когда он встроен в сухопутную логистику. Магадан, Нижний Бестях, Тикси, Владивосток, дальневосточные и арктические гавани должны рассматриваться как элементы общей сети. Если такая сеть заработает, она сможет открыть новые маршруты для грузов из Юго-Восточной Азии, Китая и Индии. Обратная загрузка У любого разговора о новых маршрутах есть неприятный, но принципиальный вопрос: что повезут обратно? Контейнер, судно или железнодорожный состав должны быть загружены в обоих направлениях. Иначе стоимость обратного порожнего пробега ложится на весь маршрут — и делает красивую транспортную схему экономически слабой. Север — Юг Показателен опыт международного транспортного коридора «Север — Юг». Десять лет назад его часто представляли как путь к заметному снижению логистических затрат. На практике участники рынка нередко сталкивались с обратной картиной: сложная координация, разрыв инфраструктуры, разные тарифные системы и нестабильная загрузка могли сделать перевозку дороже традиционных маршрутов. Контейнерный консорциум как практическое решение Одним из возможных ответов могла бы стать общая контейнерная платформа для стран — участников новых транспортных цепочек. Её задача — сократить объём порожних контейнеров и создать механизм совместного использования оборудования. Сегодня контейнеры часто простаивают не потому, что в мире их физически не хватает, а потому, что они распределены между разными собственниками, терминалами, перевозчиками и странами. Не кратчайший путь, а надежная система Северный морской путь нельзя оценивать только через лозунг «короче, чем через Суэц». Его будущее зависит от способности превратить набор отдельных инфраструктурных проектов в работающую систему. Новая логистика строится не вокруг идеальной цены. Она строится вокруг надёжности поставки. Бизнес готов платить за предсказуемость. Именно поэтому Северный морской путь стоит рассматривать не как символическое «освоение Арктики», а как долгий проект формирования новой транспортной архитектуры Евразии.