Алёна Барсова

Итак, кто такая доула-неудачница в реальной жизни? В моей практике это обвиняемая по статье 123 Уголовного кодекса РФ. В данном случае обвинение было предъявлено в незаконном проведении искусственного прерывания беременности, повлёкшем тяжкий вред здоровью (ч. 3 ст. 123 УК РФ). Это обычно бывает так: весна 2026 года. Обычная квартира. Закрытая дверь. За ней — доула. Человек, у которого нет высшего медицинского образования, зато есть Инстаграм и кучка фанатов. И женщина 1997 года рождения. Женщина, которая, наверное, шла туда с надеждой. С доверием. С верой в то, что ей помогут, что её выслушают, что всё будет хорошо. Что будет без "акушерской агрессии" и "врачей-грачей". А получила — множественные телесные повреждения. Которые по неосторожности обернулись тяжким вредом здоровью. Как? Как можно было не остановиться? Не понять, что происходит что-то страшное? Не открыть дверь и не позвать на помощь? Просто остановитесь на секунду и представьте: чужие руки, боль, страх — и никого рядом. Никого, кто мог бы помочь. Никого, кто бы услышал. Только тишина за закрытой дверью. И теперь этой женщине предстоит долгий, мучительный путь восстановления. А память… Память останется с ней навсегда. Её не зашить, не вылечить, не забыть. Через три дня доулу задержали. Суд избрал стражу на месяц. Санкция по этой статье 5 лет. Но за этими сухими строчками — искалеченная женская судьба. И тишина, в которой слишком долго никто не слышал её крик. Тишина, которая теперь будет звучать в ней всю жизнь