Стоит отметить, что до конца 19 века британцы всё вывозили не тайно ночью, распихав статуи по карманам, а открыто, с разрешения и благословения Османской империи, которой на наследие находившейся на их территории античной греческой культуры было, во-первых, глубоко плевать. Какие-то там руины в Эфесе и Пергаме, кому они вообще нужны. Во-вторых, в Крымской войне с Россией их поддержала именно Британская империя (еще французы, но речь не о них). Странно было отказывать своему политическому союзнику, когда ты не в лучшей форме, зависишь от европейских кредитов и теряешь территории. Пока просят по-хорошему, лучше договориться, а то ведь могут и по-плохому забрать. В-третьих, вокруг раскопок возникла целая экономика: за лицензию археолога, значит, заплати, местных рабочих найми, местный транспорт арендуй, еду купи, ну и так далее. Прибыльный бизнес, понимаете. Но! Как ни парадоксально, именно Османская империя стала в итоге одним из амбассадоров защиты культурных ценностей. Ключевую роль в этом сыграл человек по имени Осман Хамди-бей. Его отец, Ибрагим Эдхем-паша, вероятно, был греком и жил в Хиосе. В 1822 году во время Хиосской резни турецкие солдаты убили его родителей, а его самого продали в рабство. В Стамбуле Ибрагима усыновил великий визирь Коджа Мехмед Хюсрев-паша. Так Ибрагим попал в большую политику и дослужился аж до великого визиря Османской империи. Удивительная судьба, конечно. Его сын Осман (как и сам Ибрагим) получил европейское образование. В Париже Осман изучал право и живопись, впитывая в себя французский ориентализм и делая из него турецкий. Получилось настолько успешно, что его картины сейчас стоят миллионы. В 2019 году картину Хамди-бея 1880 года «Девушка, читающая Коран» (фото к посту) продали за $7,7 млн. После долгих лет разнообразной карьеры в 1881 году Осман возглавил Имперский музей в Стамбуле и увидел, что его родная страна фактически является донором чужих музеев, а у самой две с половиной вазы в коллекции. Осман решительно провел национализацию и пролоббировал принятие в 1884 году закона, запрещающего свободный экспорт древностей даже самому султану. Подобные ограничения с 30-х годов 19 века вводил и Египет, но получалось не очень, а вот османский закон вдохновил всех на уже более значительные свершения. Хамди-бей еще и сам успел поруководить археологическими раскопками (видимо, чтобы соотечественники по старой памяти точно ничего британцам не отдали). Например, на территории Ливан он нашел саркофаг Александра Македонского IV века до н.э., саркофаг плачущих женщин и еще ряд разных саркофагов, которые выставлены в Стамбуле и по сей день. В ответ на эти открытия британский миссионер Уильям Райт отправил письмо в газету «Таймс», умоляя Британский музей вмешаться со словами «турки-вандалы все сейчас сломают, уничтожат или продадут экспонаты». Читай «турки находят классные вещи, а нам их вывозить не дают». Но присоседиться не удалось. В общем, Осман исправил ситуацию, как смог, задал, как говорится, тренд.