Ладно, бог с ними с этими усиками маленькой княгини. Лев Николаевич в равной степени не щадил никого: «Пьер за этот год так потолстел, что он был бы уродлив, ежели бы он не был так велик ростом, крупен членами и не был так силен, что очевидно легко носил свою толщину».