80 лет Дэвиду Линчу Сегодня Дэвид Линч мог бы отпраздновать юбилей. Недавно стукнул год с того момента, как душа гениального деда отлетела на тот свет. Уже писал о том, что Линч был одним из тех, по кому в этой жизни определяют «своих». Или людей, с которыми можно договориться о схожих мерках ночной магии, абсурдистского юмора и вишнёвых пирогов. И этого иногда достаточно. Но сегодня я думал о вкладе Дэвида Линча в поп-музыку XX и XXI века. Ведь покойный не только мастерски использовал музыку в своих работах. В своём кино он совместил ностальгию и визионерство. Пока композитор Анджело Бадаламенти (конгениальный автору) в «Твин Пиксе» переосмыслял звучание послевоенного нуара, вокалистка Джулия Крус пела свои усиленные реверберацией ангельские дрим-поп куплеты. Линч вырос в американской провинции 1950-х годов, но сумел причудливо совместить в своём кино вайб эстрады, рок-н-ролла и джаза тех лет с современнами трендами 1990-х и 2000-х. Спродюсированный Трентом Резнором саундтрек к «Шоссе в Никуда» (мой любимый) включал в себя песни The Smashing Pumpkins, Мэрилина Мэнсона и Rammstein. Суровые немцы забрасывали съёмочную площадку Линча посылками с собственными альбомами, в итоге песни «Heirate Mich» и «Rammstein» попали в фильм. Ну просто вдумайтесь: режиссёру на тот момент пошёл шестой десяток, но в его работах органично звучала современная музыка, в т.ч. с электронными и индустриальными элементами. Да и косвенное влияние Линча на поп-музыку огромное. Господи, даже советская группа «Дюна» назвалась так в честь (сомнительной и всратой, но всё же) экранизации романа Фрэнка Герберта. Интересную музыку писал и сам Линч, но это тема для отдельного разговора.