Арбузариум

Ладно, подытожим. Россияне Навозов, Петухов, Козлов (фамилии не изменены, курсив мой, а не ваш) обсуждали ситуацию на Борщаговке. Мнения были разные. — Как же это можно представить себе в европейской стране? — в очередной раз риторически спросил Навозов. — За эти ли ценности стоял их так называемый Майдан, а в действительности никакой не Майдан, но подготовленный западными спецслужбами государственный переворот? Людей держат в закрытых помещениях, как скот. Куда мы идем? Петухов и Козлов согласились с Навозовым: Украина явно шла куда-то не туда. — В Евросоюз, за трусиками, — остроумно съязвил Козлов и засмеялся, отчего его цепь издала противный, скрежещущий звук. Услышав, что наказанные шумят, товарищ сержант пехоты Николай Трофимович Дыбка поднялся со скамеечки, не спеша подошел к краю ямы, расстегнул штаны, достал из трусов свой незначительный член и принялся орошать сидящих содержимым мочевого пузыря. Мысли его при этом были такие: никакие. Товарищ сержант пехоты обладал удивительной способностью не мыслить без острой на то необходимости. — Солененько, — заметил Петухов и, сплюнув, начал развивать такую идею, что режим просроченного Зеленского, держащегося исключительно на штыках иностранных наемников, исторически обречен. Украинцы — те же русские, только зомбированные Западом, — не будут терпеть мясников в мундирах, отправляющих их на убой. Навозов нашел это замечание крайне уместным и хотел было добавить что-то в контексте происходящего в Киеве, но тут товарищ сержант пехоты Николай Трофимович Дыбка закончил писать и взялся за провода. Он бил Навозова током, припоминая ему все нарушения по службе, за которые тот вместе с Петуховым и Козловым оказался в яме. — Ааа, — кричал Навозов, — ааа! Украинцев ловят на улицах... Ааа!! Ловят и отправляют в... Ааааа!! Тут ему стало особенно больно, поэтому он не закончил фразы. А фраза была такая, что украинцев ловят на улицах и отправляют в бой против российской армии, проводящей сейчас тактически грамотные операции, с нанесением огневого поражения формированиям противника. Его боевые друзья, радостные от того, что товарищ сержант пехоты пытает электричеством не их, закончили фразу за него, а Козлов опять удачно сострил, добавив, что теперь украинцы лишний раз подумают, прежде чем будут называть русских «генетическими рабами». После этого товарищ сержант пехоты взялся за палку, и дискуссия о Борщаговке закончилась.