Конечно, этого можно было избежать. Великая страна — а таковой ее признавали и друзья, и многочисленные враги — не обязательно должна была распасться и погибнуть. Процессы, начавшиеся со второй половины восьмидесятых, могли войти в мирное, конструктивное русло и закончиться совсем иначе. Но вышло как вышло: Соединенные Штаты рухнули в 1987 году. После того как все уже случилось и советская оккупация из алертности рейган-муви превратилась в повседневную обыденность, бывшие политики и военные переложили всю вину на четыре термоядерных заряда, взорванные по приказу Политбюро над Северной Америкой. Электромагнитный импульс вывел из строя всю систему национальной обороны, но, будем честны, американцы оказались не готовы к борьбе за самих себя. Жителям Штатов, оккупированных советскими и «миротворческими» войсками восточноевропейцев, оставалось только принять новую реальность: разоружение, деиндустриализацию, безвластный Конгресс и марионеточного президента, безропотно подчиняющегося советскому наместнику генералу Петру Саманову. Да и самих штатов уже нет: вместо них созданы двенадцать административных зон. (Калифорнийский специальный округ, Северо-восточная область, Америтек etc.) Военно-политическое поражение усугубилось экономической разрухой, вызванной не только вывозом промышленности и научных институтов в СССР, но и продовольственным нормированием. Безработица, нехватка продуктов питания и поражение в правах миллионов американцев, превращенных в «изгнанников», время от времени расстреливаемых «миротворцами» во время «военных учений», довершали картину. Были ли удовлетворены этим в Москве? Ничуть. Спустя десять лет после краха возрождение США кажется почти невозможным, но «почти» — это не гарантия, а возможность. В ЦК Политбюро обсуждают предполагаемые меры предотвращения такого развития событий, всерьез обсуждая необходимость нанесения новых ядерных ударов — на этот раз уже не в ионосфере. На этом фоне из лагеря выходит бывший кандидат в президенты, яростный борец за независимость Америки Девин Милфорд. Отсидев шесть лет в Техасе, он возвращается домой, в Небраску, — и не узнает ее. Центральная область, куда входит бывший штат, мало чем отличается от прочих территорий бывших США: повсюду красные флаги, плакаты с Лениным и Линкольном, пропаганда по радио и телевидению. Самое страшное, однако, в другом: люди привыкли, свыклись с новой реальностью и почти не вспоминают о том, что еще сравнительно недавно были жителями великой страны. Девин с его идеями Второй Американской революции кажется им просто фанатиком. Какая революция, если весь мир уже или вот-вот станет красным? Израиль захвачен социалистическими арабами, красный Китай завоевал Тайвань, а Южная Корея пала под ударами северян. На кого рассчитывать американцам, если советские солдаты стирают носки в Темзе, а Великая Куба простирается теперь от Флориды до Бразилии? Нет, куда вернее избрать другой путь — путь, который предлагает губернатор Центральной области Питер Брэдфорд — не меньший патриот Америки, чем Милфорд, но куда больший реалист. Подчиниться сегодня, чтобы выжить и победить завтра, — вот его план. Но после того, как Девин Милфорд видит расстрел одного из лагерей «изгнанников» боевыми вертолетами, политика компромиссов окончательно становится для него невозможной. С трудом добравшись до Чикаго, он находит одну из ячеек подполья — крайне дезорганизованного, пронизанного советскими агентами и почти бессильного везде, кроме Аляски, где отдельные отряды бывшей армии и местных жителей еще ведут борьбу. В конце концов красные его ловят, выводят на открытый процесс — и терпят унизительную неудачу. Видя стойкость «подсудимого», вчерашние американцы вспоминают о звездно-полосатом и гордости. Растут протестные настроения, что отражается даже в кругу людей, будто бы окончательно принявших новую реальность. Так, сестра Милфорда и наложница немецкого офицера Гуртмана Алетейя вступает в подполье, а любовница заместителя Саманова, полковника КГБ Андрея Денисова, устраивает из театральной сценки призыв к восстанию. Между тем споры между старцами из Центрального Комитета и советскими наместниками в США завершаются хрупким компромиссом. Америку решено уничтожить, но без помощи ядерного оружия — символическим актом роспуска страны Конгрессом. Штаты будут разделены на двенадцать государств-сателлитов, само существование которых позволит постепенно вытравить память о бывшей сверхдержаве. Подготовленное «мероприятие» срывается после того, как конгрессмены, сенаторы, члены Палаты представителей отказываются проголосовать за упразднение США. Вчерашние марионетки находят в себе силы сказать «нет», и Саманов вынужден отдать заранее подготовленный приказ. В Конгресс врываются автоматчики, расстреливая собравшихся. Здание поджигают, желая уничтожить памятник американской свободе. (Генерал Саманов, потрясенный случившимся, стреляется в горящем здании, присоединяясь к погибшим патриотам Америки.) Процесс завершения того, что в Москве называют Трансформацией, уже пошел, и первым «независимым» государством становится Центральная область, получившая название Хартленда. Ее возглавляет уже знакомый нам Питер Брэдфорд, получивший в свое распоряжение некоторые вооруженные силы и определенную автономию во внутренних делах. Отсюда, со Среднего Запада, как он надеется, начнется возрождение Америки. Но оказавшийся на свободе Милфорд не хочет ждать эволюции. Ему нужна революция — и сегодня, сейчас. Повстанцы захватывают хартлендский центр связи, собираясь обратиться ко всей стране с манифестом о начале восстания. Брэдфорд, и без того с трудом сдерживающий собственных людей, приходит в отчаяние, и... Девина Милфорда убивают такие же американцы, как и он. Слова не произнесены, Вторая революция не началась. На этом печальном моменте и заканчивался телесериал «Америка», вышедший на экраны в 1987 году.