Арбузариум

Из моей испанской тетради, часть какая-то (порванные страницы, оторванные обложки, кляксы) Любопытно сравнить советскую и итало-немецкую помощь республиканцам и националистам Испании. В общем своем весе она примерно равна: скажем, в танках поддержка СССР представляется превосходящей настолько же, насколько танк Т-26 превосходил итальянскую танкетку L3, зато в воздухе немецкий истребитель Bf 109 доминировал (да! да!) над И-16. Москва продала Мадриду двадцать тысяч пулеметов, Рим поставил Бургосу восемь тысяч, но одними цифрами тут не обойтись. Что испанские республиканцы купили в два раза меньше самолетов, чем Италия и Германия прислали генералу Франко; что тридцати пяти тысячам интербригадовцев и двум-трем тысячам «специалистов» из СССР в разное время противостояли примерно семьдесят тысяч итальянцев и порядка пятнадцати тысяч немцев — это полбеды, куда важнее было то, как именно вся эта поддержка применялась и использовалась. И здесь больше всего удивляет то, насколько низким оказался уровень советских советников (ха). Прежде всего, речь идет о том, что товарищ Сталин слал Мадриду не генералов и даже не полковников, а вчерашних капитанов и лейтенантов. Лично храбрые, но совершенно не умеющие управлять крупными соединениями, краскомы энергично брались за руководство сырыми, наспех созданными дивизиями Республиканской армии, ожидая, что сочетания энтузиазма, решительности и поставленных на острие удара интербригад будет достаточно для победы в войне. Интернациональные бригады вообще использовались в стиле Warhammer 40000, что очень быстро привело их к деградации. (С последней комиссары и командиры боролись надежным методом массовых расстрелов.) Неудивительно, что все, абсолютно все крупные операции республиканцев (кроме Гвадалахары, где итальянские милиционеры сперва донаступались до позорного бегства) проходили по одному и тому же образцу. Внезапная атака, советские танки утюжат окопы, интербригадовцы сотнями ложатся в землю, с боем берется каждый опорный пункт, после чего сил для развития успеха не остается. Над полем боя появляется вражеская авиация, советские танкисты отказываются атаковать без поддержки пехоты, пехота ждет поддержки танкистов, националисты атакуют с флангов: конец. Пока немцы уже применяли восьмидесятивосьмимиллиметровые орудия для расстрела танков (да, задолго до Роммеля) и учились ударами авиации отрезать прорывавшегося врага от снабжения, советские советники (ха еще раз) не предложили испанцам ничего, кроме атак пехотной массы, поддержанной танками. Даже итальянцы, так неудачно показавшие себя в феврале 1937 года, извлекли некоторые уроки и, заменив чернорубашечников кадровыми войсками, вполне прилично воевали с республиканцами. С точки зрения хронологии, в первый год войны поддержка республики и мятежников напоминала колеблющуюся чашу весов. Сперва итальянская и немецкая авиация помогли перевезти на материк марокканскую кавалерию националистов, что сыграло решающую роль в первые месяцы войны. Без опытных арабских кавалеристов, жестоко вырезавших мирное население, военной хунте никогда не удалось бы закрепиться на значительной части испанской территории. (Кадровая испанская армия того, как, впрочем, и сегодняшнего времени, не была способна ни на войну, ни на военный переворот.) Затем наступила очередь пудовой советской гири: осенью 1936-го, когда до падения Мадрида оставались считанные дни, на поле боя появились настоящие танки, интербригады (сыгравшие, однако, куда меньшую роль в спасении столицы, чем это принято считать) и винтовки с пулеметами, позволившие мадридскому ополчению противостоять арабским живодерам. После двух недель боев, в которых националисты понесли вчетверо меньшие, но куда более серьезные для них потери, установилось равновесие — причем, как считалось почти всеми, с перспективой полной победы республики. На мой взгляд, первая половина 1937-го оказалась решающей для всей войны — по крайней мере с точки зрения военной помощи, поскольку где-то с конца лета Сталин очевидным образом перестал верить в победу республиканцев и резко сократил поставки вооружений. Но в начале, когда весь мир — «прогрессивная» его часть — верил, что как следует вооружившийся народ выставит на поле боя революционную армию и сметет испанский фашизм, советская помощь (за золото) достигла своего пика. Скажем, из шестисот пятидесяти самолетов пятьсот прибыли из СССР уже к первому августа: примерно такая же статистика наблюдается по танкам и артиллерии — только пулеметы и винтовки продолжали поступать в меньших, но все же сравнимых количествах. В Испании уже находятся несколько тысяч советских командиров, армия стремительно «коммунизируется», взяты под контроль карательные структуры, и только правительство еще кажется коалиционным. Франко в это время закрепляет свое лидерство, получая поддержку «Экспедиционного корпуса» дуче и немецкого Легиона «Кондор». В сумме это примерно восемнадцать тысяч интербригадовцев, две тысячи советских военспецев против сорока тысяч итальянцев и пяти тысяч немцев. Если брать технику, то за этот период Республика получила пятьсот советских самолетов, триста танков и семьсот орудий, тогда как генерал Франко мог похвастаться примерно таким же количеством итало-германских истребителей и бомбардировщиков, но в два раза уступал в танках, не говоря уже о том, что немецкие Pz-I не выдерживали прямого столкновения с советскими махинами. В артиллерии было примерное равенство и... И организованное советскими военспецами, возглавляемое интербригадами, при поддержке тяжелых танков и красной авиации наступление закончилось тяжелым поражением при Брунете. «Вперед, только вперед!» привело к несоразмерным потерям и моральной катастрофе, от которой интербригады так и не оправились. Немецкая авиация завоевала превосходство в воздухе, противотанковая артиллерия Легиона подорвала уверенность советских танкистов. В Мадриде начался очередной политический кризис, в Москве решили ограничить свое участие в безнадежном деле. Свою роль в последнем сыграли и английский комитет «безучастия», и позиция Франции, и слабость республиканского флота, но решающим фактором оказалась абсолютная неспособность советских командиров организовать и провести не самую масштабную военную операцию. Заранее намечая взятые города, до которых войска так и не дошли, они всякий раз предлагали самые примитивные тактические решения, приведшие в конце концов к тому, что республиканские войска разбились в атаках и не сумели противостоять контрудару противника. Зато советские специалисты преуспели в другом, безусловно обойдя своих фашистских и нацистских коллег: им удалось взять под полный контроль испанское правительство, чего ни Гитлеру, ни Муссолини в отношении Франко никогда не удавалось. Но это уже другая тема, в следующий раз.