Арбузариум

— Что же это, граждане, деется? До выборов нельзя сходить, не дают человеку политически свободно дышать! Так думал гражданин Василий Николаевич Коробочка, когда его, спешившего к урне, окружили соотечественники, числом в пять рыл. — Ну и рожи, — успел только сказать Василий Николаевич, как центральный, фигурою напоминавший славянский шкаф мужчина схватил его одной рукой за грудки, а другой натурально смазал по морде. Василий Николаевич хотел закричать «Произвол!» или даже «Караул!», но вместо этого отлетел на два метра, бухнувшись под ноги другому гражданину. — Помогите, убивают, — почему-то шепотом сказал он и обратно получил в бубен. Тут, братцы, началась форменная катавасия. Василий Николаевич туда-сюда мечется, а эти обступили его и со всех сторон месят, никакой пощады не делают. И тот, который шкаф, лупит, и другой, с красным лицом, надсаживается, пыхтит, и третий, непонятной ориентации, но за справедливость. Видит тогда Василий Николаевич — плохо дело, забьют же насмерть. — Стойте, — кричит, — я все понял, я больше не буду! И только он это сказал, как сразу проснулся. Сидит, стало быть, на бульваре, на лавочке, в кармане папиросы, на лице полное осознание. Выкушал немножко и уснул, чего только не бывает. Да, вот оно как. Был бы это рассказ Зощенко, то гражданин Коробочка мигом бы домой пошел, к супружнице своей и сериалам, однако увы. Ничего не понял наш Василий Николаевич, а потому сладко зевнул, потянулся и заспешил на участок. Там он проголосовал за «Новых людей» и свалился в люк, откуда еще долго орал благим матом. А морду ему потом все равно набили, при свидетелях. По частному делу, без политики — он, сукин сын, в долг не возвращал.