Действительно, где милосердие? Где этот, как его, гуманизм, где забота о человеке? Правильные вопросы ставит господин Живовъ, защищающий товарища Костылева. Ведь какое общество мы строим, здоровое ли? Сперва вроде подумаешь — здоровое, в двери уже не проходит. Потом посмотришь на генерала с коллекцией человеческих ушей, на сержанта с секатором, на солдатика без пальца, на среднего россиянина и бутылку Владимировича — так здоровей видали. Меня всякий раз приятно поражает удивление ватников от самих себя. Что, у этого старого людоеда нашли трупы в подвале? Ну кто бы мог подумать! Хорошо, что его дело поручено этому заслуженному взяточнику — такой не продаст. Кстати, как там дела у нашего педофила? Костылев этот, который срать самостоятельно не может, — не стал бы этим попрекать, но он сам выбрал такую линию защиты, — щеголял по Мариуполю в неосталинском френче, а теперь почему-то не хочет быть маленьким винтиком большой машины. Виноват: щепкой вырубаемого леса. А почему, собственно говоря? Может быть, он незаменим? Но незаменимых у нас нет, и, как мы видим по работе отжатой у Костылева «Ридовки», — нет, и не надо. Не надо и лить воду на мельницу врагов. Осудили тебя несправедливо, так сиди и жди посмертной реабилитации. Нет, не хотят, хотят отдельного внимания, хотя сами всегда доказывали, что «сталинские репрессии» — это так, фон, а главное, что прошли путь от сохи до ракеты. Ну вот и. А за здоровье общества господин Живов пусть не переживает — общество в России уже настолько здоровое, что под пресс можно класть кого угодно, не опасаясь каких-либо последствий. Можно даже Живова с Костылевым в яму бросить и заставить насмерть драться ссанными тряпками — никто и не пикнет. Очень, нах, здоровое общество.