Ну вот, сегодня Россия еще на несколько шагов приблизилась к достижению целей и задач СВО. Эти цели и задачи хорошо известны всякому, кто хоть раз слушал публичные выступления Путина на заявленную тему: спасение триединства русского народа. Возвращение «украинцев» в русский мир, где их уже ждут т. н. «белорусы» и собственно русские. Демилитаризация и денацификация — они ведь только предварительные условия для этого: не пускать же, в самом деле, в мирный российский социум вооруженных нацистов? Зачем эта конкуренция? Поэтому вот так, через обезоруживание — к братской любви. И теперь, повторюсь, перспектива дружного, мирного, не испорченного взаимными обидами общежительства с россиянами стала еще отчетливее. Ведь сейчас как будет? Близкие этих двенадцати убитых киевлян поплачут-поплачут, а потом успокоятся и скажут: «Мы понимаем, что без разрушения девятиэтажек ракетами морок украинства не одолеть. Да и всей правды мы не знаем, но злость и обида не должны заслонять от нас главное. А главное — это возможность стать чем-то вроде Татарстана, Бурятии, а то и самой БССР, но в составе Российской Федерации». И т. д. Вообще, если серьезно, то надо отдать Путину должное, признавая значение личности в истории. Понятное дело, что Россия ведет эту войну так, как умеет, и роль самого Владимира Владимировича тут не первая, если не вовсе третья, но предыдущая политика и те омерзительные формы, которые она приняла после 2005 года, — в значительной степени его личная заслуга. В частной жизни это назвали бы одержимостью, в политике же — преемственностью. Ну а поскольку Путин последнюю четверть века сам себе преемник, то мы видим, к чему это приводит. Президент России начинал с политтехнологов, потом перешел на газовый шантаж, а заканчивает в качестве массового убийцы. А что хуже всего — эти реки крови текут прямо в будущее, когда от Путина даже запаха не останется. Вот к чему приводит одержимость — даже и в политике.