Что вы знаете о Западной Сахаре? Обычно вспоминается фронт ПОЛИСАРИО, спорная территория где-то в зыбучих песках Северо-Западной Африки, без определенного статуса, без столицы. А есть чудесная книжка, которая поможет взглянуть на этот кусочек арабского мира иначе! «Сахарские новеллы» (издательство АСТ, 2022) – автобиографическая проза тайваньской писательницы Сань-мао, которая с детства была одержима мечтой – побывать в пустыне Сахаре и проехать ее насквозь, от океана до океана. И вот однажды, в 1972 году, она отправилась в тогда еще Испанскую Сахару (колония существовала до 1976 года, после чего территория перешла под контроль Марокко и Мавритании) со своим испанским возлюбленным Хосе. Там «пара успела пожениться, исколесить пустыню вдоль и поперек, превратить сахарскую лачугу в местную достопримечательность, завести друзей среди местных жителей, испытать на себе все тяготы жизни в пустыне и изучить сахравийские традиции». Мы привыкли ко взгляду западного человека на арабский мир – от классиков ориентализма до современных дискуссий о его объективности, и не всегда помним о том, что бывает и восточный взгляд на Восток. В данном случае взгляд человека Дальнего Востока на Ближний. Что-то подобное можно найти в книге японско-французской писательницы Рёко Секигути про Ливан – писала об этом здесь. В сборнике Сань-мао в диалог вступают разные культурные коды: представительница китайской культуры смотрит на арабскую (ее вариант – сахравийскую) через свою родную, с интересом изучает жизнь сахрави, но при этом она училась в Испании, хорошо знакома с западными ценностями, не оправдывает колониализм, но пытается понять испанцев. Любопытно, как разные жизненные коллизии осмысляются в рассказах Сань-мао через китайскую литературу и культуру. Тут будет много отсылок к «Троецарствию» и «Сну в красном тереме», трактатам Конфуция, даосским притчам Чжуан-цзы, классической поэзии, китайским народным поговоркам. Свежая, непривычная оптика. Сборник выстроен от легких веселых новелл к самым драматичным в финале, где интонация тяжелеет, краски сгущаются и наступает отрезвление от романтической юношеской мечты, столкнувшейся с суровой реальностью. В первой новелле «Клинок в ночи» культурная принадлежность героини даже не понятна – она обустраивает свой быт, любуется тем, как «алеет пустыня в лучах заката», знакомится с местными жителями. А в новелле «Китайский ресторанчик» проступит и китайская культура, и китайская душа. И какие только приключения не ждут героиню в пустыне! С огромным юмором она опишет свою свадьбу, совсем не похожую на пышное торжество, будет сдавать экзамен на права вместе с сахравийскими мужчинами, работать знахаркой для местного населения, пристально изучать традиции сахрави – например, пойдет в местную баню, чтобы понять, как местные женщины моются (а потом наблюдать еще более откровенные физиологические процедуры), спасаться бегством от насильников, вытаскивать мужа из болота. Героиня неустанно просвещает сахрави, оторванных от цивилизации, одалживает им вещи, которые те никогда не возвращают, а однажды становится жертвой сглаза. Рассказ «Моя дорогая свекровь» кажется ироничной стилизацией под средневековые назидательные трактаты «женских наставлений» (героиня дает их самой себе). А в рассказах «Девочка-невеста» и «Безмолвный раб» про ранние браки и жалкое существование рабов, которым не принадлежит собственное тело, но которые тоже мыслят и чувствуют, интонация уже трагическая. Местами почти до слез. Жизнь самой Сань-мао сложилась трагически: ей пришлось пережить периоды тяжелой депрессии, потерю близких людей, в том числе гибель мужа Хосе, который работал водолазом и утонул при погружении. Дискуссионной остается и смерть писательницы – скорее всего это было самоубийство. Мне до сих пор до конца не ясно, даже после прочтения сборника, почему Сань-мао так влюбилась в Сахару. Видимо, дело в притягательности Другого, к которому так тянет и через которого мы лучше познаем себя?.. Перевод сборника с китайского языка выполнила (превосходно!) Мария Осташева. 💙