Анатолий Добин

(document without text)

Эмоциональный голод Почему мне всё время не хватает любви? Иногда мы тянемся к еде не потому, что голодны. Мы ждём, что нас встретят чуть теплее, заметят наше состояние, поймут, насколько мы сейчас нуждаемся в близости. Возможно, ничего страшного вроде бы не произошло, но не случилось того отклика, которого мы ждали от другого, и внутри постепенно становится пусто и тревожно. И хочется заполнить это едой. Возможно, потому что еда умеет делать то, чего мы часто ждём от другого: быстро успокаивать, согревать, заполнять пустоту. Она не заставляет нас ждать, и здесь нет риска услышать «нет». В самом начале жизни еда и близость ещё не разделены: молоко, руки, голос, взгляд, тепло, ощущение, что рядом есть тот, кто откликается. И потом бывает трудно понять, чего именно мы ищем, когда снова тянемся за вкусом, который должен наконец нас успокоить. Почему любви иногда не хватает, сколько бы её ни было? Почему один человек всё время ждёт подтверждения, что его помнят и выбирают, а другой боится оказаться слишком зависимым от близости? И в какой момент ожидание, обращённое к другому, превращается в потребность что-нибудь немедленно съесть? Это эфир о том, как в теле переплетаются голод и потребность в близости. Жду вас в пятницу в 10 утра на Маяке 🤗

Майкл Я вчера посмотрел этот фильм и подумал о том, что история Майкла Джексона становится по-настоящему интересной не там, где мы пытаемся решить, был он жертвой, монстром или гением. Гораздо интереснее другое: что происходит с человеком, который слишком рано перестал быть ребёнком и потом всю жизнь пытается получить то детство, которого у него почти не было? И здесь важен Питер Пэн. Не случайно Джексон так сильно с ним себя связывал и назвал своё поместье Neverland. Питер Пэн - мальчик, который не взрослеет. Но в сказке есть важная и довольно страшная сцена. Когда-то он улетает из дома, уверенный, что сможет вернуться, когда захочет. А потом прилетает обратно и обнаруживает закрытое окно. Его место уже занято другим ребёнком. Дом продолжил жить без него. Выясняется, что детство не место, куда можно однажды вернуться. Это время, которое проходит. У Джексона эта история звучит несколько иначе. Его не оставили за закрытым окном, его как будто слишком рано лишили детства. Сцена, требования, страх ошибки, жёсткий отец, необходимость быть безупречным. Он стал взрослым раньше, чем успел просто побыть ребёнком. И потом словно всю жизнь пытался не столько вернуться назад, сколько догнать то детство, которое когда-то не случилось. Получить его теперь. Создать для себя мир, в котором наконец можно играть, удивляться, быть среди детей и не отвечать всё время требованиям взрослого мира. Отсюда его странная связь с Питером Пэном, отсюда Neverland - попытка построить себе то детство, которое когда-то не удалось прожить. Даже его лицо можно увидеть частью той же истории. Отец высмеивал его внешность, особенно нос. Позже Джексон будет снова и снова менять лицо, словно пытаясь переделать то, что ему было дано и с чем связано слишком много стыда. А в Thriller происходит обратное: под красивым лицом вдруг обнаруживается зверь, монстр, мертвец. Как будто искусство ещё позволяет показать то, что невозможно навсегда спрятать под идеальной поверхностью. И тогда история Джексона оказывается не просто историей странной знаменитости. Это история человека, который словно всю жизнь задаёт один и тот же вопрос: можно ли получить сегодня то детство, которого у тебя не было тогда? Можно построить Neverland, изменить лицо, окружить себя игрушками, снова и снова пытаться войти в то время, которое прошло мимо тебя. Но прожить детство после детства невозможно. И, возможно, трагедия Джексона как раз в том, что вместо того, чтобы оплакать то детство, которого у него не было, он до конца пытался жить так, будто оно всё ещё может случиться.