Аналітика Куща

У Трампа остается крайне узкое окно возможностей по войне с Ираном. Фактически с конца ноября 2026 до конца января следующего года. Потом, Конгресс заблокирует любую войну на Ближнем Востоке, если Иран не наделает глупостей и не потопит что-то вроде авианосца. Тем временем, в Москву прилетел глава совета нацбеза Ирана Мохсен Рези. С ним встретился Путин. Резаи сейчас один из немногих, кто общается напрямую с аятоллой Моджтабой Хаменеи. То есть он привез в Москву некую информацию и повезет "весточку" обратно. Уже понятно, что ядерное оружие США против Ирана не применят. Сейчас еще идет запугивание Тегерана, чтобы он испугался и подписал "сделку". Но у Трампа уже нет геополитической легитимности для применения ядерного оружия. Кроме того, ряд резких заявлений на сей счет сделал Китай. Если США нанесут по Ирану ядерный удар, атомная бомба может появиться у Тегерана с помощью "внешних источников". Интересная ситуация разворачивается в иракской курдской провинции Сулеймания, которая обьявила о выходе из состава иракского Курдистана и о разрые с Демократической партией Курдистана. После ухода США, Ирак начинает трещать по швам. А в Йемене войска хуситов движутся к Адену - последнему крупному оплоту просаудовского правительства. И тогда шиитская ось сопротивления замкнет Ближний Восток по вектору Иран - Оман - Йемен, то есть закроет Ормуз и Мандеб. Мировой рынок уже не верит в большую войну США с Ираном - котировки на нефть ушли за отметку ниже 100 дол за баррель. Тогда вопрос: во что верит глобальный рынок? А верит он в новый modus operandi на Ближнем Востоке: в рамках которого Ирану выгодно продавать нефть и контролировать ее трафик. Хозяева коммуникаций меняются, только нефть "вечна". К сожалению, риск использования Россией Ирана для прокси ударов балистикой по Украине, Польше или Германии, продолжает сохраняться примерно до февраля 2027.