21 сентября Nepal Stock Exchange (NEPSE) полностью отменила торговую сессию. Причиной стал инцидент с шифровальщиком у DataHub Pvt Ltd, где размещались торговые системы сразу 72 брокерских компаний. Пострадавшую инфраструктуру изолировали, поскольку существовал риск распространения атаки на связанные сети, включая инфраструктуру самой биржи. Вроде ничего необычного. Ну шифровальщик, ну с кем не бывает. Но есть парочка моментов в этой истории, на которые я обратил внимание. Во-первых, интересен механизм принятия решения. NEPSE не сообщала, что ее собственная торговая система заражена, но биржу остановили превентивно, потому что продолжение торгов при неизвестном масштабе заражения и компрометации сочли слишком опасным. То есть приостановка части бизнеса, которая часто случается после зашифрования части инфраструктуруы, в данном случае – это результат не самой атаки на брокеров, а сознательное решение руководства финансовой организации. Аналогичная история была пару дней назад в Мюнхене, где местный университет LMU столкнулся с инцидентом, в котором хакер получил доступ к одному из серверов кампуса, но изменение или уничтожение данных удалось предотвратить, все персональные данные сохранились, а пароли и пользовательские ID LMU не были скомпрометированы. Однако администрация учебного заведения приняла решение самостоятельно отключить часть внутренних систем ради потенциального ограничения радиуса поражения. То есть простой систем совершенно не обязательно является провалом реагирования на инциденты. Наоборот, это может быть оптимальным решением при высокой неопределенности и поводом задуматься о введении еще одной метрики: отдельно от attacker-caused downtime считать containment-caused downtime. Это два принципиально разных показателя. А у вас есть playbook с четко описанными правилами, когда и кто может принимать решение об останове части внутренних или внешних систем? Вернемся к непальской бирже, которую инцидент не затронул, но которая приняла решение об остановке национального рынка (чем не недопустимое событие). Налицо классический пример концентрации риска. Будь я в совете директоров, я бы спросил своего CIO/CISO/CTO: Сколько наших формально независимых бизнес-процессов на самом деле сходятся в одной общей технологической точке? И тут впору вспомнить упомянутую мной в прошлую пятницу историю про ракетные атаки на ЦОДы Amazon на Ближнем Востоке. После нескольких месяцев попыток восстановления AWS признала, что ресурсы и данные, хранившиеся исключительно в регионе Bahrain me-south-1, восстановить невозможно. В ОАЭ безвозвратно недоступными признаны данные и ресурсы, находившиеся исключительно в одной Availability Zone – mec1-az2; восстановление остальной части региона ОАЭ продолжается. В Бахрейне AWS прямо заявила, что повреждение нескольких AZ превысило то, на что рассчитаны региональные и мультизональные (multi-AZ) сервисы. Причем AWS после первого поражения AZ рекомендовала клиентам мигрировать в другие регионы и большинство успело это сделать до последующих повреждений. Те, кто имел независимые backup/реплики или переехал, восстановились, но для оставшегося исключительно внутри пораженного региона контента AWS исчерпала варианты восстановления, подтвердив неприятный факт: multi-AZ – это механизм высокой доступности внутри определенного класса отказов, а не гарантия сохранности бизнеса при региональной катастрофе. Ну а я, вновь поставив себя на места члена совета директоров, задал бы вопрос своему CIO/CISO/CRO: Вот вы заявляете, что наша инфраструктура распределена по трем AZ. Но переживет ли наш бизнес потерю целого региона? Из последнего вопроса вытекает другое неприятное следствие – а если регуляторные требования по суверенитету данных запрещают держать вторую копию в другой юрисдикции? 🤔 ЗЫ. Если вы думаете, что это все вас не касается, то подумайте еще раз. #инцидент #ransomware #метрики #resilience #недопустимое #ущерб