Telegram: новое обострение В попытках неких структур вновь увести медиаресурс у Павла Дурова (наверное, уже не все помнят, что некогда он был владельцем ВКонтакте) есть ряд негативных моментов, о которых за последние дни на различных каналах были написаны километры текста. Добавим кое-что и от нашего коллектива. 1. Недобросовестная конкуренция. Напряженно работать над улучшением продукта коммерческая IT-компания будет только в условиях жесткой конкуренции. Если вместо этого можно попросить по знакомству загнать в мессенджер ещё и ещё несколько миллионов пользователей, то зачем стараться? Нужно ли при охвате, который достигается командно-административными средствами, улучшать стабильность приложения и добавлять инструменты работы с аудиторией? Это, скорее, из разряда "можно". Но зачем? И так сойдет: какая-то часть аудитории — школьники, учителя, чиновники, другие бюджетники — все равно (в массе) никуда не денется. В случае финансовых трудностей можно получить средства из Фонда национального благосостояния. Как говорится, любой каприз за ваш счет. Правда, каприз будет не ваш, дорогие читатели. Ваши будут только деньги. И да, для нас важны ваши комментарии. В отличие от депутата Горелкина, который их выключает, а из реакций на всякий случай оставляет только адское пламя. 2. Изобилие запретных плодов. Нам неизвестно, какой процент интернет-пользователей (и какой процент молодежи) пользуется средствами обхода блокировок (такие исследования проводились, но погрешность, скорее всего, велика). Вероятно, эта доля пока еще не достигла 100% даже среди молодежи, и есть куда расти. Будет ли хорошо, если все поголовно привыкнут держать непрерывно включенную фигу в кармане — которая потребуется, например, и для того, чтобы получить доступ к полезным телеграм-ботам, и для того, чтобы читать вполне нейтральные просветительские ресурсы? В Телеграме и на Ютубе много контента, который авторы, скорее всего, до последнего не будут переносить на альтернативные ресурсы. А кому-то это просто не интересно. Тем более, ресурсы VK никогда не славились рекомендательными системами и средствами для развития каналов. 3. Сдача информационного поля. Если из Ютуба российские авторы ушли потому что их каналы заблокировали по политическим мотивам (впрочем, многие остались), то в Телеграме, насколько нам известно, ничего подобного не происходило. Пользователи из других стран имеют возможность читать российские каналы. Многие ли иностранцы станут ради этого устанавливать российский мессенджер? Если российских авторов в Телеграме станет существенно меньше, то чье влияние вырастет? Ресурсов иноагентов? Недоброжелателей из соседней страны? Порадует ли это тех людей, которые сейчас рассказывают, как нам обустроить цифровую Россию при помощи так называемого национального мессенджера? Много ли примеров того, что с Россией достаточно прочно связано, и при этом востребовано в других странах? Что касается тотальной изоляции по образцу Северной Кореи: это будет означать, в частности, малодоступность научной литературы в электронном виде, малодоступность львиной доли открытого кода, колоссальные затруднения в любых разработках, связанных с цифровизацией и ИИ. Словом — жить все эти сферы будут плохо, но недолго, и на мировой арене вряд ли смогут конкурировать с разработками, которые пользуются ресурсами остального мира. Поэтому надеемся, что до крайностей дойдет только в случае такого конфликта, о вероятности которого не хотелось бы задумываться. Ну а в случае неполных блокировок мы получим карманные фиги в таких объемах, о которых вражеские голоса эпохи СССР не могли и мечтать. Вот где закладывается идеологическая бомба замедленного действия (ой, вырвалось, ничего такого писать не планировалось).