Kynev

ИТОГИ 2025: - часть 7 Эта дилемма в 2022-2025 провоцировала постоянные скандалы и конфликты и постепенное дистанцирование от эмиграции ряда фигур. Но в 2025 эти проблемы дополнил глубочайший кризис ресурсов, связанный с резким изменением внешней политики США (закрытие USAID и сокращение или ликвидация множества программ и проектов, включая поддержку американских и независимых СМИ, редакции которых де факто были важнейшей частью экосистемы российской внесистемной оппозиции). Сокращение ресурсной базы при сохранении кризиса общей стратегии выживания, когда никто толком не знает и не понимает что делать, и все большее число представителей политической эмиграции начинает понимать, что эмиграция, это, возможно, навсегда, стимулирует рост внутренних разборок и конкуренции за уменьшающие источники поддержки. Возможности и ресурсы политической эмиграции в результате резко сократились, а публичные конфликты практически ставят крест на ее каком-либо дальнейшем влиянии на внутриполитическую ситуацию в России. ГЛАВНЫЙ РИСК СИСТЕМЫ В 2026: УСИЛЕНИЕ ДАВЛЕНИЯ НА НАИБОЛЕЕ СОЦИАЛЬНО АКТИВНЫХ, ПРИ ОТСУТСТВИИ ВЫХЛОПА ПАРА В результате мы имеем сочетание роста тревожности и депрессии граждан с ростом запроса в обществе на гражданскую активность при заинтересованности самого руководства страна в сохранении политического статус-кво, отсутствии игроков, способных вести самостоятельную игру внутри страны, при крахе и самораспаде структур внешней политической миграции. Подобная комбинация несет существенные риски отсутствия адекватного выхлопа (или выхода) для общественных настроений и возможности внезапной кристаллизации гражданской активности вокруг неких событий, которые при этом предсказать затруднительно (то есть они могут случиться внезапно и в любой момент). При этом люди наиболее социально активные обычно наиболее активны и экономически. Возникает ситуация двойного давления. С одной стороны, сложная экономическая ситуация усиливает давление государства на экономически активных граждан. С другой стороны, усиливается политическое давление, запреты и цензура, прямо влияющие даже на бытовой комфорт и потребности граждан: запреты мессенджеров, ограничения доступа к интернету как таковому и т.д. Усилением давления при росте тревожности и негативных ожиданий власть играет в очень опасную игру. Те, кто мог и хотел уехать, в основном уже уехали, и этот выхлоп пара недовольства через эмиграцию, экономическую и политическую, очень помог власти в сохранении политического контроля внутри страны (и да, те, кто призывал «валить», оказали устойчивости режима неоценимую услугу). Те кто остался, они уже просто не могут или не хотят уезжать, потому что им уезжать некуда и/или не на что. Грубо говоря, выхлоп пара от недовольства проведением СВО был, но не через выборы, а через эмиграцию. Но этот канал выхлопа объективно исчерпан. На новую волну вероятного недовольства придется отвечать как-то иначе.