Алексей Алешковский. Дневник реакционера

Испанская неонацистская группировка прошла военную подготовку на Украине. Радикалы из «Национального ядра», как пишет El País, приехали в августе 2026 года, тренировались с бронежилетами и автоматами Калашникова при участии 12-й бригады «Азов*», позировали с нацистской символикой и готовили вооруженное восстание в Испании. Часть группы находилась в Киеве и в населенном пункте всего в 20 километрах от российской границы, где располагался военный лагерь. В телефонных разговорах участники обсуждали не только подготовку, но и меры безопасности будущего мятежа, вербовку подростков с 14 лет и планы по закупке оружия. Испанская полиция задержала 14 человек в нескольких регионах страны. Крупнейшая испанская газета без привычных европейских реверансов прямо называет «Азов» неонацистами. Не «защитниками демократии», не «борцами за свободу», а именно тем, кем они и являются. Когда неонацисты нужны как инструмент, их называют «партнерами», фотографируются с ними и закрывают глаза на символику, лагеря и подготовку боевиков. Но как только террористы начинают готовить радикалов для протестов в Европе, то выясняется, что «украинский пример» — про опасную фабрику экстремизма, которую Европа сама же и легализовала. *террористическая организация, запрещенная на территории Российской Федерации #Испания #Азов #Украина #Европа Подпишись

Посмотрел сериал «Марик», и нахожу его замечательным, — спасибо Егору Бероеву, которого как режиссера и сценариста оценил еще по полнометражному дебюту «Кукла». В очередной раз, уже с правом посмотревшего, изумился коллективной сволочи, которая бойкотировала «Марика» на фестивале «Пилот». Причём оценка эта не политическая (слава Богу, я не делаю выводов о людях на основе их политических взглядов), а человеческая и когнитивная. Поди, «Триумф воли» и (про)украинскую художественную пропаганду они обсасывают с эстетическими восторгами, не говоря о маньяках и содержанках. А как еще оценивать пятую колонну, которая сидит не в эмиграции или на зонах, а жрёт из государственного корыта и штопает дырки от фиг на карманах? Которая восемь лет расчеловечивала прототипов героев этого сериала, называя их лугандонами и домбасянами, анчоусами, протоплазмой и другим биологическим видом, тонко смеясь над «донбили Бамбас»? А потом отбрёхивалась от напоминания о причинно-следственных связях: «Засуньте себе в жопу свои восемь лет!» Которая просто ссыт увидеть в этих людях таких же, как они, потому что совесть, видимо, еще шевелится под корпоративной бронёй и круговой порукой, не позволяющей отбиться от своего стада. Вот это сарафанное радио тысячи холмов, направленное против своей страны и своего народа, и сделало возможной украинскую бойню, жертвами которой стали заложники чужих геополитических и бизнес-интересов. Сорок лет назад представить себе русскую и еврейскую интеллигенцию в обслуге украинского национализма было невозможно (а уж я-то прекрасно помню фирменную «аэропортовскую» брезгливость советских имперцев-крымнашистов, сошедших со страниц повести Войновича «Шапка»). Сегодня — совсем другое дело: концепт сменился.

Шедевры нативной рекламы 😂

Если бы из истории извлекали уроки, ее течение прекратилось бы. Смысл и назначение истории — в эксплуатации человеческой глупости. Человечество обречено повторять сценарий изгнания из Рая. За Древо познания мы принимаем грабли, а за свободу — то, что можно сожрать.

Если, как я полагаю, цели людей многочисленны и не все они совместимы друг с другом, то возможность конфликта — и трагедии — никогда не может быть устранена из человеческой жизни, ни личной, ни общественной. Способность выбирать между непримиримыми, равно абсолютными притязаниями — одна из черт, делающих людей людьми. Исайя Берлин, «Две концепции свободы» (1958)

с праздничком 😜

«Считаю, что распад России неизбежен и бояться этого не надо, и говорить об этом необходимо. Угроза России - не в ее распаде, а в ее единстве!» — пишет альтернативная патриотка Ксения Ларина. Тут, конечно, прекрасно всё, и комментарии не требуются. Но уровень идиотизма этой типичной представительницы российской оппозиции ценен симптоматичностью. А кто и зачем превратил Россию, которая хотела вступить в НАТО, из партнера и союзника в угрозу? И считала ли 30 лет назад голосующая сердцем Ларина, что угроза России - в ее единстве? Каким образом меняются у этих людей ценностные основания? Допустим, их сокровище — в свободе. Чьей и от чего? Определившись с этим, можно будет ответить, и за чей счёт. И за чей счёт они рассуждают. Дело, кстати, совершенно не в том, что Россия должна быть для них высшей ценностью. Просто отсутствие мозгов обесценивает любые рассуждения.

Я тут задумался: выиграй у Януковича Тимошенко, случилась бы украинская трагедия? Не то чтобы было продуктивно обсуждать гипотетическую метаморфозу репродуктивных органов гипотетической бабушки, но украинская предвыборная аналитика 2010 года читается сегодня как конспирологический детектив, в котором ещё не видны уши Госдепа и Евросоюза: https://www.kommersant.ru/doc/1302036?ysclid=mw5p4btpup787367386

Если больше не от чего Кончить оппозиции, Вдалеке от дома отчего Встань в раковой позиции 😁

Ничего не напоминает? 😁 Пайсит (настоятелю): Чем больше я думаю о Таиланде, тем сильнее у меня сносит голову. Я действительно становлюсь безумным, сумасшедшим, ненормальным. Настоятель: Из-за своих всеобъемлющих проблем? Пайсит: Вот именно — из-за наших всеобъемлющих проблем. Настоятель: Какие проблемы вы считаете наиболее значительными? Пайсит: Все. Настоятель: Прошу прощения, вы точно выражаетесь? Не лучше ли сказать, что всеобъемлющи не проблемы — в конце концов, они ведь где-то там, вне нас, — а трудности с решением этих проблем? Пайсит (покорно): Если вам угодно. Пусть будут трудности с решением этих проблем. Настоятель (удовлетворенно): В таком случае буддизм может вам помочь. Сначала я думал, что ничего не выйдет, но оказалось, что может. Пайсит: Вот как? Настоятель: Все очень просто: вас гнетут не проблемы страны, а эгоистическая уверенность, что вы можете послужить инструментом для их разрешения. Вой Пайсита, затем тишина. Джон Бердетт, «Бангкокская татуировка»

Одной из самых драматических черт человеческой природы является ужасная связь между глупостью и саморефлексией. Именно глупость заставляет обычного человека отвергать все, что не согласуется с его рефлексивными ожиданиями. Кастанеда

Иноагент-имперец Юлия Латынина написала в некрологе иноагенту «Новой газете»: «главреду Дмитрию Муратову приходилось выдерживать бешеный напор воук-толпы в редакции. Я, например, не знала, - это потом уже рассказал Павел Каныгин, с гордостью, что однажды эта толпа пришла к Муратову с требованием запретить Латыниной писать о Кавказе. Муратов их, конечно, послал. (...) И я понимаю, что если бы я тогда интересовалась не только глобальным потеплением, правозащитниками, защищающими права людоеда, BLM, Кавказом, - но и, скажем, тем, что происходит в Украине и с расширением НАТО, то Муратов точно также напечатал бы и эти статьи. Но просто я не интересовалась, а, как дура, потребляла статьи условного Павла Каныгина, из которых вытекало, что на Донбассе за Россию сражаются только орки и путинские агенты, а вот за Украину сражаются Гарри Поттеры и эльфы. Тут мне некого винить, кроме себя». На всякого мудреца довольно простоты. Никогда не будучи либералом в кавычках, я расширением НАТО не интересовался, кажется, до 2014 года. Проблема непонимания национальных интересов в контексте геополитики — вопрос образования и воспитания. А у нас эта проблема даже в советские времена не поднималась. Интересовался ею едва ли не один Солженицын. Правда, в «Письме вождям Советского Союза» (1973) написал: «Больше никто на Земле нам не угрожает, никто на нас не нападёт». В 2006 году, в интервью «Московским новостям», он констатировал уже другое: «Отчётливо видя, что нынешняя Россия не представляет им никакой угрозы, НАТО методически и настойчиво развивает свой военный аппарат — на Восток Европы и в континентальный охват России с Юга. Тут и открытая материальная и идеологическая поддержка «цветных» революций, парадоксальное внедрение Северо-атлантических интересов — в Центральную Азию. Всё это не оставляет сомнений, что готовится полное окружение России, а затем потеря ею суверенитета». У наших либералов даже слово «геополитика» вызывало возмущение: они были убеждены, что его Дугин придумал. Даже если их картину мира рисовали в Госдепартаменте и ЦРУ (там-то про свои национальные интересы традиционно понимали очень хорошо), инсталлировали они её сами. Незнание законов истории не освобождает от коллективной ответственности. Сейчас её несут все — на Украине, в релокации, в Европе, которая копала другим яму цветных революций и свалилась в неё сама. И в России под украинскими дронами. Мы быстро учимся, но какой ценой! Как нам хотелось верить в прекрасный новый мир, в свободу и демократию! Сила разочарования прямо пропорциональна силе иллюзий («но идея была прекрасна», — как говорили на нарах старые большевики). А проблема ведь не в свободе и демократии, примеры которых известны и привлекательны. Проблема в человеческой природе и предлагаемых обстоятельствах. Мир, как это ни банально, не стоит на месте. Не то чтобы лидеры мировых демократий, обнимаясь с Горбачевым, держали за спиной ножи. Просто они хорошо понимали свои национальные интересы и были готовы к разделу очередного пирога.

С Иван Иванычем разбираем его очередную лажу. Когда ловишь его за руку, он начинает прекрасно анализировать: «Тексты выглядят стройными именно потому, что я отлично умею строить словесные связи между понятиями. Но словесная связность не доказывает причинной». До боли напоминает механизм либерального мифотворчества 😁 Кстати, только работа над ошибками и становится настоящей работой. Похоже, либералам, в отличие от Иван Иваныча, она недоступна. Впрочем, ментальные грабли — наш общий нативный инструмент 😂

А в Польше демократическая власть воюет с независимым правосудием? Неужели и русские не при делах?

Качества, благодаря которым российская оппозиция стала самым ярким примером отрицательной селекции, – самонадеянность и недоговороспособность. Кажется, именно эти черты почитаются идиотами за характеристики свободных людей. Забавно, что только в денежных вопросах буревестников среди них не водилось.

Украинские беспилотники атакуют Омск. Интересно, откуда они летят в город за 2500 км от Украины?

Под влиянием благожелательного отношения некоторых русских Функ недавно обнаружил у себя бабушку-славянку. Чуть позже появился русский двоюродный прапрадедушка; он с возрастающей наглостью постепенно перемещает свое генеалогическое древо на Восток. Ширах язвительно заметил: — Наверное, ваша семья оказалась в Германии по чистой случайности. Но Функ остался верен своему жизнерадостному цинизму. Он с улыбкой хлопнул себя по колену карманным русским словарем и заявил: — А теперь займусь изучением родного языка. Альберт Шпеер, «Шпандау: Тайный дневник». Запись от 5 мая 1956 года

Без сценария, без опыта, за $15 000: как программист снял один из самых прибыльных хорроров Двадцать лет назад к Орену Пели домой в Сан-Диего пришли два тогда ещё неизвестных актёра, Кэти Фезерстон и Мика Слоут. Пели был программистом в игровой индустрии и фильмов раньше не снимал. Идея пришла к нему, когда он впервые переехал в собственный дом и стал прислушиваться к ночным звукам. Готовиться он начал задолго до съёмок: превратил свой двухэтажный дом в съёмочную площадку, заменил ковролин паркетом, перекрасил стены и поставил новые перила на лестнице. Полноценного сценария с диалогами не было. Как теперь вспоминает Пели, актёрам он объяснил затею примерно так: «Каждую ночь вы будете ложиться спать, а потом… будут происходить всякие вещи». Актёры были в восторге. Пели задавал ситуации, а реплики актёры импровизировали. Основные съёмки заняли неделю, первоначальная версия обошлась примерно в 15 тысяч долларов. Потом фильм посмотрели в Голливуде. Он дошёл до Стивена Спилберга, и концовку переделали по его подсказке. Прокат начали с малого: зрителей попросили «потребовать» фильм в своём городе на сайте Eventful. Запросов набралось больше миллиона, и картину выпустили широко. Во второй уик-энд широкого проката она обошла все дорогие студийные новинки. Всего «Паранормальное явление» собрало около 193,4 миллиона долларов по всему миру. Пели стал продюсером всей франшизы «Паранормальное явление». Вместе с Джеймсом Ваном и Ли Уоннеллом он придумал «Астрал» и продюсировал этот хоррор-сериал. Он написал сценарий и стал продюсером фильма «Запретная зона» (Chernobyl Diaries), а с Майклом Р. Перри создал сериал «Река» для канала ABC. Потом он снял ещё один фильм, «Зона 51», после чего сказал, что больше режиссурой полнометражного кино не занимается. По его словам, он даже отказался ставить «Заклятие».

Льву Новоженову — 80. На телевидении я начинал у него во «Времечке», и эта программа многое мне дала. «Самый сложный язык — русский: никто никого не понимает», — сказал Лев Юрьевич. Многая и благая лета!

Во Франции появилась премия Паскаля для книг, написанных вместе с нейросетью Prix Pascal de Littérature IA — премия для художественных текстов, которые человек написал вместе с ChatGPT, Claude, Gemini, Mistral или любой другой языковой моделью. Признаваться в помощи ИИ здесь обязательно: без отчёта о работе с нейросетью заявку не примут. Вместе с рукописью автор подаёт техническое досье: какие модели использовал, какие писал промпты, как строил работу, подключал ли специализированных агентов. Его прочтут только отборочный комитет и жюри, публиковать досье не будут. Третий обязательный документ называется La Graine («Зерно»). Это две страницы, примерно 4 тысячи знаков, в которых нужно изложить исходный замысел, из которого выросла книга. Сама рукопись подаётся на французском, анонимно, в PDF. Нужны название, текст для задней обложки и нумерация страниц. Организаторы указывают ориентировочный объём в 300 тысяч знаков. В некоторых публикациях о премии называют от 10 до 50 тысяч слов, но верить стоит официальному регламенту. Конкурс придумали три технологических предпринимателя: Филипп Родригес, Альбин Сервиан и Жиль Мантре. Премию назвали в честь Блеза Паскаля, философа, который в XVII веке собрал одну из первых механических счётных машин. Создатели предупреждают, что модели между собой не соревнуются, и самая мощная нейросеть преимущества не даст. Оценивать будут текст. Ждут вещей, которые не повторяют привычные форматы и говорят о чём-то важном: предупреждают об угрозе или по-новому показывают экологическую, социальную или этическую проблему. Участвовать может кто угодно: гражданство, страна проживания, писательский опыт и наличие издателя значения не имеют. Заявку может подать даже компания. Главное условие — текст на французском, нигде раньше не опубликованный. Победителю обещают издание книги и медийную кампанию. В регламенте, в статье о награде, денежный приз не упоминается. Заявки принимают до 23:59 по Парижу 30 ноября 2026 года. Десять финалистов назовут в конце ноября, победителя объявят в начале декабря. Регламент пока сыроват: сайт и правила расходятся в дате открытия приёма заявок (20 или 21 октября) и в числе членов жюри (пять или шесть). Имена судей обещают раскрыть в начале ноября.