Алена Сивкова

Похоже, я официально сошла с ума — оспариваю штраф за парковку, где инспектор и я сработали в одну минуту. Он — 12:53. Я — 12:53. Разница — в долях секунды и степени безумия.

В конфликте Поклонская — Мардан я на стороне Натальи Владимировны. Потому что она — женщина с большой буквы. Я помню, как всё начиналось: когда мужики сомневались и прятались, именно она в 2014-м в Крыму согласилась стать прокурором. Взяла на себя ответственность, риск, удар. И осталась верной стране — несмотря на угрозы, давление и попытки покушений. Теперь её снова обсуждают. Журналист Сергей Мардан в эфире заявил, что Поклонская сменила имя — якобы теперь она «Радведа». Обвинил её в «предательстве Христа», назвал ведьмой и показал документы с её новыми персональными данными. То есть человек, который живёт под государственной защитой, был публично подставлен перед миллионами зрителей. Поклонская не стала скандалить. Просто объяснила: имя действительно изменено — не ради пиара, а ради безопасности. «С 2014 года на мою жизнь совершались попытки покушения. Поэтому я предприняла меры для защиты себя и семьи. Распространение моих данных несёт реальную угрозу», — написала она. В журналистике есть простое правило — не навреди. Особенно когда речь идёт о женщине, о матери, о человеке, который уже не раз проходил через опасность. Но, к сожалению, некоторые путают профессию с шоу. Когда взрослый мужчина, называющий себя патриотом, выносит в эфир личные данные женщины, которая живёт под госохраной, — это не смелость. Это бессовестность. Наталья Поклонская — не святая, не идеальная. Но она честная, сильная и настоящая. P.S: А ещё есть одна странная закономерность: почему-то громче всех осуждают и оскорбляют озлобленные, уставшие от жизни мужчины. Те, кто боится сильных, красивых, умных женщин — потому что в их присутствии особенно ясно видно собственную серость и раздражение на мир. Им кажется, что если облить светлое грязью — самому станет ярче. Не станет.

С утра — по классике жанра — пробиралась с собакой на заправку за кофе. Это у нас ближайшее проявление цивилизации: свет, тепло и капучино среди осенней грязи. Под ногами хлюпало, ботинки тонули в глине, мой милый бультерьер тянул вперёд с особым энтузиазмом паровоза. Владельцы таких упрямцев поймут — прогулка дождливой осенью превращается в тот ещё квест на выживание. И вдруг — как из параллельной реальности. На пороге заправки стоит наряженная ёлка. Игрушки, мишура — блестят, словно декабрь уже наступил. Девочки за стойкой смеются: «Распоряжение начальства, мол. Надо поднимать людям настроение». А я вдруг грусть словила. Рано. Ещё ведь осень — живая, настоящая, с её дождями, лужами и запахом мокрых листьев. Стою с кофе, смотрю на эту ёлку и думаю: в декабре, что ли, Гринч придёт и украдёт Рождество? Или главный пиарщик Нового года просто разочаровался в осени?

На «форуме отцов» возмутились тем, что маткапитал называется материнским, и предложили дать мужчинам право распоряжаться им наравне с женщинами. Профессор социологического факультета МГУ Александр Синельников даже назвал это дискриминацией: мол, «мать находится внутри семьи, а не наоборот». Я вот думаю — может, он так сказал, потому что никогда не рожал? Потому что мать девять месяцев вынашивает нового человека. Потом рожает его (удовольствие, прямо скажем, не из самых приятных). В моём случае — со шрамом от кесарева. И знаете, когда страшнее всего — кашлянуть в первые дни. Потом не спишь годами (я, например, не спала два с половиной года) и всерьёз думаешь, что начинаешь сходить с ума. Портятся зубы, волосы, гормоны летят в тартарары. Появляются болезни, о которых ты даже не слышала. А потом начинается быт: одеть, обуть, вырастить, научить, развить, запланировать, оплатить, донести, вытереть, поцеловать и снова — не уснуть. Так что распоряжаться деньгами может любой дурак. А вот вырастить человека — это уже высшая форма ответственности. И, кстати, вопрос ведь не в том, кто распоряжается капиталом, а в том, где мужская вовлечённость. Почему на форумах «Отцы России» не обсуждают, кто встаёт к грудничку ночью? Кто меняет подгузники, кто слушает первый кашель? Обычно же как: «Ну у тебя же грудь, вот ты и вставай». А моё любимое — «ему завтра на работу». А женщине, выходит, не надо? Проблема не в названии выплат, а в том, что систему воспитания и саму модель семьи давно пора перестроить. Пока не научимся быть партнёрством, а не иерархией, никакой «капитал» — ни материнский, ни отцовский — ничего не изменит. В нормальных семьях вообще всё общее: и дети, и бессонные ночи, и любовь, и усталость, и радость от первых шагов. А капитал — дело наживное.

«Монастыринг»: реалити, которое возвращает к себе Знаете, у меня с религией особые отношения. Я это никогда не скрывала и скрывать не собираюсь. Во мне как-то уживаются две, казалось бы, противоположные вещи — уважение к православной традиции и интерес к тому, как жили наши предки-славяне. В этом нет противоречия: просто я не умею верить «по инструкции». Мой путь — про личное ощущение света. И, наверное, именно поэтому каждая моя поездка в Старицу заканчивается одинаково — дорогой к Свято-Успенскому монастырю. Там, среди белых стен и звона, я разговариваю с отцом Дамаскином, и мир внутри становится тише. В этот раз даже договорилась пожить у них, поработать в храме. А потом, возвращаясь в Москву, открыла VK — и совершенно случайно наткнулась на проект Института развития интернета. Реалити-шоу «Монастыринг». Пока ехала, досмотрела почти до конца. И, честно, я в восторге. Сюжет простой и гениальный: троих популярных блогеров — Сеню, Настю и Марину — отправляют на неделю в действующий Валаамский монастырь. Без фильтров, без привычных лайков и сторис. Первые кадры — сплошное «воу, чо за движ»: трое вайбовых горожан, слегка дерзких, уверенных, что справятся. Но когда понимают, что это не просто ретрит, а трудническая неделя — с подъемом в 4:30, работой, молитвами и полным отключением от привычного мира — пыл утихает. Смотрела и ловила себя на мысли: «Господи, это же я». Реакции, шутки, неловкость — все до боли знакомо. Но чем дальше, тем больше ребята раскрываются. Они растут на глазах. Через усталость, слезы, тишину. Через смех, который в какой-то момент превращается в молитву. Для молодежи из больших городов — это приглашение на землю. В мир, где нет KPI, дедлайнов и тревожных сторис, зато есть ритм, труд и внутренний порядок. Мы ведь действительно живем в эпоху, когда проще заплатить психологу, чем просто прийти в храм. Проще слушать коучей из запрещеннограмма, чем услышать себя. А между тем, свет — там, где тишина. Особенно тронул момент с Настей Рыжик. Когда она рассказывала, как трудно было без телефона, среди женщин, с обязательными чтениями Библии — я прямо почувствовала, как это: ломка, раздражение, желание сбежать. Хотелось сказать: «Девочка моя, подожди. Сейчас станет легче». Спойлер: не все дойдут до конца. Один герой уходит раньше. И, хотя я это не одобряю, понимаю — путь к вере у каждого свой. Иногда — через бегство. И, конечно, отдельный восторг — монахи. Молодые, с живыми глазами, с чувством юмора, с гитарой. Один из них — бывший дзюдоист, другой говорит про себя: «Я — как Рокки Бальбоа». И знаете, что меня окончательно добило? На Валааме они выращивают ананасы. Настоящие! В теплице. Среди северных сосен и монастырских стен. Я об этом даже не знала. И в этом — вся магия: в месте, где ждешь аскезу и суровость, вдруг вырастают ананасы. Потому что где есть свет и труд, там растет все. В общем, от души советую посмотреть. Спасибо ИРИ и всем, кто сделал этот проект. Он возвращает к простым вещам: свету, благодарности, живым людям. И к себе. ➡️Смотреть тут

🤭 Кажется, я уже опоздала. Экономисты подсчитали: чтобы получать пенсию в 38 тысяч рублей, нужно родить 20 детей. Это так называемая материнская пенсия — за каждого ребёнка начисляют баллы. Всего нужно 200 баллов. Получается, рожать выгоднее, чем работать. Хотя, если задуматься… после двадцатого ребёнка пенсия тебе уже не нужна. Ты и так святая.

+6

Я точно знаю город, от которого сходят с ума все москвичи. Всего два с половиной часа — и ты уже в Старице. Маленькой, но до невозможности красивой. Я попала туда случайно — и осталась навсегда. Не телом, конечно, но сердцем. Потому что это город души. Город, где всё по-настоящему. А потом, как это часто бывает, понимаешь: случайностей не бывает. Всё, что должно было случиться — случилось. И ты стоишь на старицкой земле, смотришь на холмы, и чувствуешь, что это место — твоё. Что оно само тебя выбрало. Это были лучшие выходные за мои 34 года. Лошади, собаки, лисы, волки. Пушкин. Да, именно он — живой, настоящий, такой близкий, как будто сидит рядом и тихо смеётся. Разбор «Онегина» — когда на классическое школьное произведение смотришь с кардинально другой стороны. Наливки — домашние (их делают сами ребята), душевные, те, от которых не пьянеешь, а просыпаешься. И люди… О, люди! Это в Старице — самое главное. На одной волне, одном дыхании, одном вайбе. Когда разговор не заканчивается, потому что не хочется. Когда смеёшься, и тебе кажется — вот оно, счастье, простое, как луч солнца на воде. Спасибо каждому, кто был рядом. За этот бесконечно тёплый, лёгкий и при этом глубокий уикенд. За искренность, за смех, за то, что всё было по-настоящему. Такого не купишь ни в одном большом городе. И да, я обязательно вернусь. В Варапуни. Искать того самого водяного, который в 1816 году воровал девушек. В этот раз я точно поняла, что Старица — это место, где сказки не кончаются.

+2

До безумия — и по-доброму — завидую современной молодёжи. Сколько же у них возможностей! И как же классно, что они умеют этим пользоваться. На днях приезжала в ВШЭ на форум «Твой путь». Центр культуры в тот день превратился в настоящий мегаполис будущего — с работодателями, дискуссиями, мастер-классами и атмосферой, где прямо чувствуешь, как рождаются новые идеи и судьбы. Более 3000 студентов из 30 московских вузов. Я рассказывала ребятам о журналистике и блогинге, о том, как меняется медиа-среда, как старые форматы постепенно уходят, а новые — рождаются прямо у нас на глазах. Честно? Каждый раз, выходя к молодым, я волнуюсь. Потому что они — очень умные, очень быстрые и будто уже с рождения знают, как ориентироваться во всех соцсетях, трендах и форматах. Но именно поэтому их энергия — заразительная. После лекции подходили ребята, благодарили, задавали вопросы — и вот тогда я поняла: всё не зря. Значит, слова зацепили. Спасибо Молодой Гвардии Москвы за то, что создаёте такие возможности, за живое пространство, где молодёжь может найти себя, задать важные вопросы и получить честные ответы. И, наверное, самое главное — спасибо этим ребятам. За то, что напоминают: будущее — не где-то потом. Оно уже здесь. И у них оно — точно будет светлым.