KALOY.RU

ИИ нашёл картель на 676 миллионов. А кто проверит ИИ? 16 октября ФАС сообщила о первом деле о картеле, которое выявил ИИ. В 2024-2026 годах две компании ходили на торги по содержанию зданий школ и детских садов Одинцовского округа, совокупная начальная цена – 676,6 млн рублей. По версии ФАС, конкуренцию изображали, цену держали. Какие именно признаки нашла система, ФАС не говорит. Сама по себе наводка алгоритма ничего не меняет. Основание для возбуждения дела – «обнаружение антимонопольным органом признаков нарушения» (п. 3 ч. 2 ст. 39 закона о защите конкуренции). Увидел инспектор глазами или увидела обученная модель, - для возбуждения дела без разницы. Картель почти никогда не доказывают перепиской «ты берёшь этот лот, я следующий». Доказывают совокупностью косвенных признаков: один IP-адрес, одинаковые опечатки в заявках, чередование побед, снижение цены на 0,5% там, где участников двое, и совсем другое снижение там, где появился третий. Но бремя доказывания, согласно Пленуму ВС, лежит на ФАС, а схожесть поведения сама по себе сговор не подтверждает, если у неё есть разумное экономическое объяснение. А 10 июля этого года тот же Верховный суд по делу № А56-932/2025 отменил три инстанции, которые эти оговорки применили буквально, и написал: доказательств разумных экономических причин своего поведения общества не представили. Значит, картель. И вот в эту конструкцию встроили алгоритм. Он ищет ровно то, что Пленум назвал схожестью поведения. Дальше его сигнал превращается в дело, компания получает заключение об обстоятельствах и обязанность объяснить, что в её поведении было экономически разумного. А вот проверить сам сигнал нельзя. Нет показателей ложных срабатываний. (Что-то мне это напоминает с АСК НДС-2). Что делать тем, кому «Антикартель» уже написал. Требовать материалы дела (ст. 45.2 закона) и смотреть, что лежит под каждым «признаком»: лог электронной площадки, данные оператора, сама заявка или фраза «по данным ГИС». Признак без первичного документа - не доказательство. И готовить экономику каждой закупки: почему такая цена, какая рентабельность, почему не торговались. После июльского определения ВС молчание на этот счёт читается как согласие.