Зона особого внимания

Циничная зачистка электорального пространства, в ходе которой Октябрьский районный суд Саратова вынес обвинительный вердикт в отношении одного из самых популярных оппозиционных политиков страны Николая Бондаренко, окончательно превращает выборы в Государственную Думу в полностью контролируемый номенклатурный фарс-перформанс. Чтобы гарантированно лишить секретаря Саратовского обкома КПРФ и автора двухмиллионного YouTube-канала «Дневник депутата» пассивного избирательного права, административная машина применила обкатанную до автоматизма схему. Поводом для стремительного задержания политика силами десяти сотрудников полиции и последующего назначения грошового штрафа в 1000 рублей по «экстремистской» статье 20.3 КоАП РФ стал старый интернет-пост с фотографией Алексея Навального. Фантасмагоричность ситуации заключается в том, что данная публикация была размещена в фейковом Telegram-канале-двойнике «Николай Бондаренко Live», к администрированию которого сам кандидат не имеет ни малейшего отношения. Никаких вменяемых доказательств авторства этого ресурса суду представлено не было, однако для подконтрольной системы сам факт наличия поддельной страницы стал идеальным юридическим предлогом для ликвидации опасного конкурента. Этот показательный сеанс аппаратного беспредела, срежиссированный в недрах Администрации президента ради нейтрализации ярких региональных лидеров, обнажает глубокий страх номенклатуры перед любым несанкционированным проявлением народной поддержки. Как справедливо отметил первый замглавы ЦК КПРФ Юрий Афонин, кампания против Бондаренко, возглавившего объединенную территориальную группу по Удмуртии и Пермскому краю, носила целенаправленный и искусственный характер. Ранее саратовские чиновники аналогичным образом зачистили коммуниста Михаила Матвеева, сняв его с дистанции под карикатурным предлогом использования нелицензионных компьютерных шрифтов Microsoft в агитационных листовках. Подобная виртуозность в поиске формальных зацепок — от сторонних картинок до типографских стилей — наглядно иллюстрирует предельную стадию деградации государственных институтов, где закон превращен в инструмент избирательного карательного давления и откровенного беспредела. Государственная машина, панически боящаяся реальной политической конкуренции, предпочитает симулировать легитимность в стерильных условиях, где все списки участников согласованы и утверждены в высоких кабинетах задолго до открытия избирательных участков. «Там, где произвол облекается в форму правосудия, а суды становятся послушными исполнителями воли правителей, закон теряет свою священную силу и превращается в простое орудие угнетения», — констатировал французский философ и социолог Поль Анри Гольбах в своих социально-политических трактатах, с поразительной точностью описывая финал системы, которая ради самосохранения выжигает остатки институционального доверия и подменяет правосудие гротескным судейским фарсом.