🕯️ 26 января 2022 года. День, который разделил мою жизнь на «до» и «после». В стенах Серафимовского интерната для больных детей был зверски убит мой тяжелобольной недееспособный малолетний сын. Его задушили с особой жестокостью, с истязаниями и побоями. Вышестоящей организацией этого учреждения является Министерство семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан (на тот момент пост министра занимала Иванова Л.Х.). Что я увидела в морге: Я обнаружила на теле ребенка многочисленные раны, кровоподтеки и странгуляционную борозду на шее. Я сфотографировала всё это при свидетелях и сразу же передала снимки в Следственное управление и Прокуратуру республики с заявлением о жестоком убийстве. Как уничтожались доказательства: Следственно-оперативная группа уничтожила и скрыла вещественные доказательства. Следователь Гаянов А.И., возглавлявший СОГ, вынес постановление об «отсутствии состава преступления» и направил его в Прокуратуру Туймазинского района. Прокуратура узаконила это постановление, а материалы сдали в архив. Уголовное дело возбудили только через 3 месяца — 20.04.2022. Это произошло моими неимоверными усилиями после личного приема у руководителя Следственного управления Чернятьева Д.С. Там я была вынуждена согласиться на эксгумацию тела ребенка. Ложь эксперта и странная экспертиза: Первоначальная судебно-медицинская экспертиза №26 (патологоанатом и эксперт в одном лице — Тимашев А.И.) была скрыта от меня следователем Гаяновым А.И. Я ознакомилась с ней только 25.04.2022. В заключении было написано, что ребенок умер от «недостаточности нескольких органов» (каких — не указано). Далее за два года были проведены еще две СМЭ (в Уфе и Екатеринбурге), которые пытались прикрыть ложь Тимашева, указывая на «кардиомиопатию». Но шаг за шагом тайна начала приоткрываться: ➖ Выяснилось, что переломов ребер (якобы от реанимации) нет. ➖ Время смерти сфальсифицировано. ➖ Препараты, якобы введенные при реанимации, в крови не обнаружены. ➖ Эпилептического статуса и синдрома ДВС у ребенка не было. Правда вскрылась в Санкт-Петербурге: По моему настоятельному требованию была проведена четвертая экспертиза в Отделе сложных экспертиз Санкт-Петербургского Бюро СМЭ (профессор Мишин Е.С. и эксперт Гаврилов С.Н.). Исследовав 72 среза внутренних органов, эксперты выявили: Ребенок был задушен вследствие «однократного сдавления с силой шеи тупым гибким предметом при горизонтальном положении тела сверху посторонним лицом». Обнаружены: горизонтальная странгуляционная борозда, перелом подъязычной кости, множественные переломы хрящей гортани (Заключение №69/повт. от 24.01.2024). Поиск «стрелочника»: Однако следователь по особо важным делам нашел виновную — сиделку Мурзакову О.В. Она якобы призналась, что привязала ребенка простыней в туалете на санитарном стуле и отошла на 10 минут. По версии следствия, ребенок в привязанном состоянии умудрился совершить самоповешение (перепрыгнув через подлокотник стула и оказавшись на полу в подвешенном состоянии). "В настоящее время идет суд, сиделке предъявлено обвинение по ст. 105 за умышленное убийство, однако, как считает потерпевшая, текст обвинения не соответствует данной статье, потому как, вновь утверждается самоповешение ребенка, а это направлено на оправдание убийцы и не соответствует результатам четырех последних экспертиз СПб БСМЭ, которые выявили, что ребенок был задушен посторонним лицом, вследствие чего была переломана вся область щитовидки: множественные переломы хрящей гортани и подъязычной кости". Что было проигнорировано судом: Суд не учел и проигнорировал, что ребенок был найден весь в крови, с множеством ран и кровоподтеков по всему телу, в теменной области головы и на лице, а также с широкой странгуляционной бороздой на шее. Всё это описано в Заключении №26 и зафиксировано на моих фотографиях из морга. Я продолжу добиваться правды. Мой сын не мог убить себя сам.