🇷🇺 Почему семьи отправляли детей в монастыри Представим обычную крестьянскую семью, у которой несколько сыновей и небольшой участок земли. Если разделить землю между всеми, каждому достанется слишком мало, чтобы прокормить собственную семью. А если один сын унаследует хозяйство, а другой уйдёт в монастырь, то первый сможет обеспечить больше детей. В результате у родителей потенциально окажется больше внуков, несмотря на то что один из сыновей вообще не будет размножаться. Именно эту логику рассматривает эволюционная теория религиозного безбрачия. С точки зрения совокупной приспособленности имеет значение не только собственное размножение, но и влияние поведения человека на репродуктивный успех его родственников. Исследователи решили проверить, действительно ли распространение монашества связано с конкуренцией между детьми за семейные ресурсы. Авторы собрали этнографические данные о 352 обществах, в 51 из которых обнаружили свидетельства пожизненного религиозного безбрачия. Затем посмотрели, как наличие монашества связано с наследованием имущества, устройством брака и расходами на женитьбу или замужество. Результаты показали, что религиозное безбрачие чаще встречалось в обществах, где преобладала моногамия, и гораздо реже там, где было распространено многожёнство. Прослеживалась и связь с наследованием земли: если семейное богатство нельзя бесконечно делить между детьми без потери его ценности, возникает стимул ограничивать число наследников. Но особенно любопытно, что распространение мужского и женского монашества было связано с тем, кому дороже обходился брак. Во многих традиционных обществах семья жениха должна была передать семье невесты значительный выкуп. Если у родителей несколько сыновей, женитьба каждого могла потребовать огромных расходов. В таких обществах чаще встречалось мужское монашество. А там, где семья невесты должна была предоставить большое приданое, чаще встречалось женское монашество. Отправив дочь в монастырь, семья могла избежать расходов на её замужество и сохранить больше ресурсов для остальных детей. Например, в Монголии начала XX в., где были распространены многожёнство и выплаты за невесту, буддийскими монахами становились до 40% мужчин. А в корейской провинции Чхунчхон, где преобладала моногамия и дочерям полагалось значительное приданое, женских монастырей было втрое больше, чем мужских. Похожая ситуация существовала и в средневековой Европе. В знатных семьях замужество дочери нередко требовало огромного приданого, особенно если родители стремились выдать её за мужчину более высокого положения. Поэтому монастырь мог оказаться привлекательной альтернативой. Конечно, это не значит, что семьи обязательно отправляли детей в монастыри с осознанной целью увеличить число потомков. Люди руководствовались религиозными убеждениями, традициями, семейными интересами и собственными жизненными обстоятельствами. Но в определённых экономических условиях такая практика могла способствовать сохранению семейного богатства и повышению репродуктивного успеха родственников. Интересно также, что сходные закономерности обнаружились в буддийских и христианских обществах. Хотя они совершенно по-разному объясняют смысл монашества, похожие социальные и экономические условия могли способствовать развитию сходных институтов.