За четыре моря

По рекомендации Толкователя наткнулся на интересный пост об изменении когнитивных способностей с возрастом. Если пересказать в двух словах, то глупеем мы не так уж быстро: до 40 лет некоторые показатели, вроде способности строить логические суждения или понимания текстов, даже растут, а серьезное падение можно заметить только после 60. Я давно искал эти данные, потому что хотел проверить одну гипотезу: если мы знаем, что в старости люди глупеют, то не нужны ли нам ограничения для всех политических постов? Отдельные общества справляются с этим сами - средний возраст президентов в демократических странах давно уже снижается, а возраст британских или французских парламентариев последние полвека болтается вокруг отметки в 50 лет. Но кое-где пожилые успешно подминают под себя политический ландшафт: скажем, в американском Конгрессе семидесятилетних – уже почти четверть; да и российский Совбез выглядит не лучше. Получается, что некоторое сложности в чтении или формировании аргументов ничуть не мешают этим людям без особых проблем задвигать молодежь на второй план. Может быть, высокий интеллект вообще не очень-то нужен хорошему политику? В конце-концов, с возрастом приходит мудрость... Слово может показать напыщенно-смешным, но с опытом на самом деле приходит немало полезных умений: пожилые люди лучше контролируют свои эмоции, более устойчивы к стрессу, эффективнее управляют конфликтными ситуациями. Кажется, это куда практичнее, чем умение находить закономерности в IQ-тесте. Но, увы, эмпирические данные говорят об обратном. Пока что получается, что возраст плохо влияет на политиков: старые лидеры чаще развязывают войны, а экономики их стран растут медленнее – десять лишних лет в паспорте президента отбирают у страны 1% роста в год (в последнем исследовании, правда, речь идет только об авторитарных лидерах – возможно, демократические институты лучше справляются со сдерживанием пожилых). Во многих странах ограничения существуют. Китай до недавнего времени справлялся очень неплохо: 68 лет были предельным возрастом для тех, кто претендовал на высшие позиции, а на более низких уровнях отсекали и кандидатов помоложе. В китайской культуре вообще интересное отношение к старости: с одной стороны, все мы знаем про азиатское уважение к возрасту; но с другой – управленцы, как и во всем мире, пытаются избежать ассоциаций с седовласыми мудрецами. Кстати, вполне буквально. Мой бывший канадский профессор в Цинхуа, ставший деканом факультета политологии в Шаньдуне, рассказывал, как был вынужден покрасить волосы, чтобы не выдать преждевременные признаки старения. В отличие от Канады, быть седым деканом в Китае - стыдно, а красить волосы – норма среди китайских чиновников. Если вы обратите внимание на фотографии, то заметите, что и сам Си, несмотря на возраст, не так уж давно стал появляться на публике с сединой. И он-то точно может позволить себе нарушать правила: 68 лет ему тоже исполнилось уже два года назад, но карьере ничуть не помешало Последнее, что можно сказать в защиту пожилых лидеров - склонность к стабильности. Как ни парадоксально, при их правлении реже случаются революции. Видимо, потенциальные заговорщики, смотря на шамкающих и спотыкающихся президентов, предпочитают просто дождаться их смерти по естественным причинам. Несмотря на это, законы о предельном возрасте все еще кажутся мне здравой идеей. Габриэль Гарсия Маркес, который неплохо разбирался в диктаторах, как-то раз написал про одного из них, что власть в «годы его пресыщенной осени» стала засасыващей трясиной, которая сама уже повелевала президентом. Вы ведь спасете человека, угодившего в болото? Вот и закон бы пригодился.