🤔 Все хотят улучшить жизнь людей. Почему же так трудно договориться? Вчера в Noôdome модерировал сессию «Трудности перевода: как стыковать социальные программы бизнеса с ожиданиями и KPI власти». Пытался вместе с прекрасными людьми от государства, бизнеса и общественного сектора, да при помощи Института социальной архитектуры разобраться, как помочь лебедю, раку и щуке ползти в одном направлении — или хотя бы не ползти в разных. Начинали с гипотезы: стороны говорят на разных языках, нужен переводчик. К концу стало понятно: никакой переводчик не поможет, если стороны прекрасно понимают друг друга, но хотят разного. Смотрите, что получается: компании нужны сотрудники, региону — выполнение показателей, фонду — продолжение помощи, жителю — возможность нормально жить в своем городе. Эти интересы могут совпадать. Но не обязаны. Моя выжимка — что стоит учитывать до запуска совместного проекта. 1. Доверие не заменяет договоренности «Все хотят улучшать жизнь людей» — слишком широкая формула, чтобы на ней строить совместное решение, хотя она и звучала в контексте якобы общего целеполагания. Разногласия начинаются сразу: каких людей, какие стороны их жизни, за чей счет, в какой срок, какие издержки допустимы, кто выбирает между альтернативами и т.д. Много говорили о решении разногласий через повышение уровня доверия между участниками — но согласитесь, можно прекрасно понимать и уважать друг друга — и все равно не договориться о распределении денег или рисков. Так что доверия недостаточно, важно еще понимать, как партнеры принимают решения, когда не согласны. 2. Люди — не объект, которому надо причинить добро О людях мы говорили много, но их собственный голос почти не звучал. Получается странная конструкция: бизнес, власть и общественный сектор договариваются, как улучшить жизнь четвертой стороны, которая в переговорах не участвует. Спросить жителей, понравился ли им готовый проект, — не то же самое, что дать им повлиять на его выбор. Могут ли они сказать «нам нужно другое»? А отказаться? А изменить решение, которое уже понравилось компании и мэру? Если люди не могут повлиять на решение, они остаются объектом заботы, но участниками собственного будущего так и не становятся. Кроме этого, запрос сторон может увести не туда. «Нам нужна дорога» на самом деле может означать «мы не можем добраться до врача». Иногда решение — это дорога, иногда — транспорт, иногда — обеспечение доступной медицинская помощь поблизости. Если сразу обсуждать именно строительство дороги, можно хорошо решить не ту задачу. 3. Потраченные деньги — не равно социальный эффект Построенный стадион — результат строительства. Стали ли люди больше двигаться, кто получил доступ к спорту, кто не получил — уже вопросы о социальных изменениях. А вот ЧТО ИМЕННО вызвало эти изменения — вопрос отдельный. 4. Успешный кейс — не обязательно воспроизводимая модель Во-первых, страна у нас большая и разная, под копирку нельзя. Так что пусть везде растут разные цветы. А во-вторых, за многими прекрасными историями стоит конкретный человек: акционер, мэр, руководитель фонда. Но что останется после его ухода? И что делать городам, куда такой человек не приехал или где не появился? 5. У будущего должен быть ответственный Вот вам пример: подготовка синих воротничков под актуальную профессию. Разумно? Полезно? Конечно! Но если через несколько лет профессия изменится или исчезнет, кто отвечает за их дальнейшую траекторию? Кто должен подумать о риске производства «лишних людей» в среднесрочной перспективе? Это неудобный вопрос, который легко оказывается за пределами KPI каждого участника. Спасибо всем говорившим, слушавшим, а также Noôdome и ЦСП «Платформа» ❤️ @yusufovruslan