За последние пару лет искусственный интеллект сожрал миллионы книг. Без метафор: им срезали корешки, страницы пускали через промышленные сканеры, объедки отправляли в шредер. Букинисты по всему миру месяцами обменивались историями: маленькие магазины, ни разу в жизни не упаковывавшие больше двадцати книг, вдруг стали отгружать по двести за день на анонимные логистические склады. Обычно это их оборот за год. Странности начались с ассортимента. Скупали самое неликвидное вроде «Домашней долгосрочной кислородной терапии в Италии» и «Судебных тяжб о браке в средневековой Англии» — книги, которые никто никогда не открывал. Покупатели скрывались под именами Red Sparrow Project и Green Parrot Project, заказывали сотни книг за раз и никогда не торговались. Букинисты, люди по своей природе любопытные, провели свое расследование. Одна продавщица вклеила GPS-трекеры под суперобложки двух книг и следила за их путешествием. Первая доехала до промышленного комплекса в Иллинойсе, где сидит компания по сканированию. Вторая добралась до Мексики, до завода по переработке бумаги. Издание 404 Media проследило еще одну посылку до склада Amazon в Лас-Вегасе с кодовым названием VGT3. Эмблема склада — зубастый зеленый динозавр с раскрытой книгой в лапах. На Reddit нашелся пост сотрудника: «Все, что мы делаем, — сканируем книги. Одних назначают резать, другие принимают и сканируют штрихкоды». За птичьими проектами стояли компании, обучающие языковые модели. ChatGPT, Claude, Gemini и их родственники уже переварили весь интернет, и теперь им скармливают бумажные залежи человечества. Anthropic, по судебным документам, скупила, отсканировала и уничтожила миллионы томов. Суд, что характерно, не увидел нарушения в самой процедуре: если книгу купили легально, ее можно разрезать и заменить бумажную версию цифровой. Процедуру индустрия деликатно называет «деструктивным сканированием». ISBN позволял вести учет съеденного. Реакция букинистов смешанная. Кто-то счастлив избавиться от «мертвого стока»: называть учебник по гражданскому процессу Техаса 2012 года культурным артефактом может только очень сентиментальный человек. Другие мучаются вопросом, от которого мне самой неуютно: что, если они только что отправили под нож последний существующий экземпляр редкого издания? Одному букинисту пришел заказ на подписанный Брэдбери экземпляр переиздания журнала, который писатель выпускал подростком. В данных доставки стояло слово SCAN. Он знал покойного владельца книги лично и понял: тот не хотел бы отправлять ее «на гильотину». В итоге его закрыли неподписанной копией от другого продавца. Он рефлексирует: «Я не понимал, что моя работа — продавать книги людям, пока их не начали покупать роботы». Все-таки Булгаков был прав: рукописи не горят. Они будут обедом и ужином вашего ИИ.