Посмотрела интервью Надежды Стрелец с Викторией Боней. Скажу сразу: я симпатизирую ее смелости вступать в полемику, желанию привлекать внимание к важным темам и идти в пространство, где заранее встретят критикой. Здесь я аплодирую: браво. Как и ее восхождениям в горы — это, как она сама говорит, встреча с Богом, сильнейшая духовная практика. Вика — красивая женщина, ее приятно слушать. И за эти годы своей карьеры она действительно выросла, стала глубже. Но в интервью меня зацепило другое. За всеми разговорами про принятие себя, хейтеров, честность как единственно верный способ жить я все время слышала другую линию: принятие распространяется на все, кроме собственного прошлого. «Меня не так поняли». «Я не такая». «Я была жертвой травли». И вот здесь согласиться трудно. Я человек, который много лет наблюдал, как устроена публичность изнутри, и поэтому мне трудно автоматически соглашаться со словом «травля». За Викторией действительно пристально следили, обсуждали, иногда жестоко, иногда несправедливо — как обсуждают многих красивых, амбициозных и заметных женщин. Популярность все же не стихийное бедствие. Красные дорожки, реалити, публичная жизнь — довольно осознанный маршрут. И у него есть цена. Ты приходишь на Каннский фестиваль, строишь образ, пытаешься что-то доказать миру — мир начинает отвечать. Иногда грубо и примитивно. Но внимание публики и травля — все-таки не одно и то же. Есть еще одна вещь, которую мне трудно понять. Сейчас Вика довольно открыто рекламирует контрафакт, хотя еще пятнадцать лет назад, насколько я помню публичные дискуссии вокруг ее образа, тема подлинности была для нее гораздо чувствительнее. Что вообще хорошего в фейках? Для меня фейк вообще не про сумку. Это форма неприятия себя и своих возможностей. Желание быть не тем, кто ты есть, и транслировать это своей аудитории. Я помню и другие детали. Мне звонили с незнакомых номеров люди, представлявшиеся людьми от Вики, и угрожали мне лично из-за публикаций, которые, по их словам, Виктории не нравились. Не могу знать, действовали ли они по собственной инициативе или нет. Но для меня это тоже стало частью опыта взаимодействия с этой публичной историей. Таблоиды и желтая пресса часто создают знаменитостей. Люди, которые совсем не хотят внимания, обычно не идут на реалити-шоу и не выходят на красные дорожки. Мне кажется любопытным современный феномен: многие публичные люди хотят оставить себе результаты старой медийной системы, но отказаться от ее архивов. Как будто популярность была заслуженной, а все неудобное, прилагающееся к ней, — недоразумением. И я вспомнила еще одну старую историю — с героем «Дома-2» Степаном Меньщиковым. Тогда всплыли скриншоты интимного характера с женщиной, похожей на Викторию. Степан сначала публично утверждал одно, потом отказался от своих слов, обсуждались экспертизы, были суды и эфиры на НТВ. Мне любопытно, как бы Вика сегодня повела себя в этой ситуации. В Виктории Боне меня всегда настораживали не танцы go-go, не амбиции, не желание красивой жизни — господи, в этом вообще нет ничего постыдного. А то, что она как будто пытается некоторые главы биографии отменить. Но тогда, возможно, не стоит занимать позицию благодарной жертвы. Путь Виктории и так впечатляющий. Самое важное произошло именно сейчас: Вика наконец перестала просить мир ее одобрить и выросла из девушки, которая очень хотела понравиться миру в женщину, которая наконец понравилась себе. Она классная какая есть. Поэтому мне хочется пожелать ей еще одного шага: не переписывать предыдущие главы. Они тоже были ее. И, возможно, именно они и привели ее в то хорошее место, где она сейчас.