В солнечном Лос-Анджелесе снова апокалипсис — неделя дождей. Город, построенный на иллюзии бесконечного комфорта, каждый раз оказывается к этому климатическому недоразумению морально не готов. Анджеленосы запираются по домам, подставляют кастрюли под протекающие крыши, машины плывут по улицам, пуховки извлекаются из шкафов, а дети с недоверием смотрят на калоши, как на экспонат. Я, впрочем, жду эту погоду с некоторым внутренним ликованием. Русская душа требует серости, влажности и легального повода для рефлексии. Дождь в ЛА — редкий момент, когда можно страдать, не оправдываясь и не испытывая чувства вины. Хотя, воспитанная на великой русской литературе, я умею предаваться этому и при круглогодичном солнце — просто это требует большего воображения. В этом климате моя меланхолия чувствует себя неуютно. Она мешает концепции.