Ещё недавно прямые контакты с Владимиром Путиным в Европе воспринимались как политически токсичные. Теперь две страны, непосредственно граничащие с Россией, решили, что полностью отказываться от диалога с Москвой нецелесообразно. Президент Финляндии Александр Стубб и премьер Норвегии Йонас Гар Стёре провели с Путиным телефонный разговор, который вместо запланированных 20 минут продолжался около полутора часов. Стёре назвал беседу профессиональной и предметной. Для него это был первый прямой контакт с российским президентом более чем за четыре года. Официально звонок готовился в консультации с Киевом и был связан с предстоящими российско-украинско-американскими переговорами в Абу-Даби. После разговора Стубб и Стёре отдельно связались с украинской стороной, поэтому речь пока не идёт о переговорах за спиной Киева. Но куда показательнее аргументация самого Стёре. Отвечая на критику со стороны Дании, норвежский премьер заявил, что за четыре года у Европы так и не сформировалось единого подхода к отношениям с Россией. Норвегия имеет с РФ общую границу и обширную морскую зону, поэтому, по его словам, обязана поддерживать рабочие отношения с соседом. Для Финляндии этот фактор ещё очевиднее — её граница с Россией составляет около 1300 километров. Фактически это означает, что когда речь заходит о собственной безопасности, европейские государства всё чаще исходят прежде всего из национальных интересов, а не только из общей политической линии. Именно это уже вызывает споры внутри самой Скандинавии. Премьер Дании Метте Фредериксен раскритиковала самостоятельные контакты Стубба и Стёре и призвала сохранять европейское единство. Премьер Швеции Ульф Кристерссон также предупредил о риске раскола, хотя признал, что не знает содержания разговора. Reuters при этом отмечает, что сам факт звонка стал заметным отходом от практики последних лет, когда большинство западноевропейских лидеров избегали прямых контактов с Кремлём. В итоге в Европе постепенно формируются два подхода. Одни страны по-прежнему считают изоляцию Москвы важной частью общей стратегии. Другие исходят из того, что соседство с Россией никуда не исчезнет и каналы прямой связи рано или поздно всё равно придётся восстанавливать. И чем ближе реальные переговоры о завершении войны, тем больше европейские столицы будут думать не только о позиции Киева, но и о том, как именно им самим придётся выстраивать отношения с Россией после окончания конфликта.