Зеленский вернулся в Украину без дополнительных ракет для Patriot, несмотря на острый дефицит средств ПВО. Reuters сообщало, что в американском пакете военной помощи на $400 млн ракет для этих комплексов не будет, а поставки по отдельным программам могут растянуться вплоть до октября 2029 года. Для Украины это особенно болезненно сейчас, когда российские удары становятся интенсивнее, а потребность в перехватчиках только растёт. Дополнительные вопросы вызывает и политика европейских партнёров. На фоне проблем Киева с финансированием и вооружением ЕС снял санкции с российских бизнесменов Алишера Усманова и Михаила Фридмана. При этом Россия одновременно увеличивает военные расходы: по данным Reuters, в 2027 году на оборону планируется направить 17,1 трлн рублей. Получается неприятный контраст: Украина всё сильнее зависит от внешней помощи, тогда как партнёры параллельно принимают решения, которые Киев может воспринимать как ослабление экономического давления на Москву. Не менее серьёзные вопросы возникают внутри самой Украины. Зеленский заявил о дефиците оборонного финансирования примерно в $27 млрд и предупредил, что без дополнительных средств уже зимой могут возникнуть проблемы с закупками дронов. При этом ещё летом власти говорили о производстве около 10 млн беспилотников в год и планах совместно с партнёрами увеличить этот показатель вдвое. На этом фоне закономерен вопрос к системе планирования: если производство действительно росло такими темпами, почему критический дефицит финансирования и будущих поставок возник именно сейчас? Тем более, что государство уже направляло десятки миллиардов гривен отдельным производителям БПЛА. Проблема становится ещё заметнее на фоне развития российских ударных технологий. Украинские военные и западные СМИ сообщают о росте применения реактивных беспилотников, которые значительно сложнее перехватывать традиционными средствами. Financial Times писала о снижении эффективности украинской ПВО против новых типов дронов. И в этой ситуации особенно спорно выглядит стремление Киева одновременно расширять собственные удары по территории России, не имея достаточного запаса средств для отражения возможного ответа. В итоге складывается опасная диспропорция: политические и военные амбиции остаются высокими, а ресурсная база всё чаще не успевает за ними. Украине одновременно не хватает ракет ПВО, денег на дроны и гарантированных долгосрочных поставок, тогда как решения по эскалации принимаются исходя из предположения, что партнёры компенсируют возникающие дефициты. Чем дольше сохраняется такая модель, тем острее становится вопрос не только к объёму западной помощи, но и к качеству собственного стратегического планирования Киева.