Итоги года я, как обычно, ворча и лихорадочно буду подводить в 22 часа 31 декабря, но пока хочется чуть-чуть прокомментировать свой Spotify Wrapped по песням. В целом я в этом году слушал намного больше русскоязычной музыки, нежели иностранной, и, по-моему, в этом году российские исполнители вышли на какой-то творческий пик. Мне кажется, раньше вопрос о том, какой именно альбом назвать лучшим за год, не вызывал у меня столько сомнений и недоумения, и сейчас я действительно мечусь между, наверное, десятком исполнителей именно из России. Если посмотреть на статистику Spotify, самым прослушиваемым альбомом за этот год у меня стал XRUSTALIC — Bed Scenes. И первое и третье место в списке песен тоже принадлежат Хрусталику, тольяттинскому проекту, расхваленному мной летом (я еще придумал для него термин «бордерлайн-поп»). Так что, если подходить к вопросу статистически, а не эмоционально, именно Bed Scenes для меня альбом года. Это тот релиз, который я много и с удовольствием слушал целиком (это при том, что обычно моего внимания хватает песен на пять, вчера я убедился в этом, когда мы с возлюбленной, развешивая плакаты в новой съемной квартире с люстрой-кроватью, слушали альбом Treasure группы Cocteau Twins — признанный критиками, фундаментальный для жанра дрим-поп релиз, который мне очень нравится, но его слишком однотипный звук (каким бы обволакивающим и засасывающим он ни был) оказался серьезным испытанием для моего мозга). Но именно связка из песен Carcase (который типа джангл) и Les Amours Imaginaires (акустический дрим-поп с огромным количеством ревера и дилея) оказалась какой-то особенно близкой и родной. В августе и сентября я раз шесть летал по маршруту Ереван-Москва-Ереван. Я аэрофоб, и в небе не очень хорошо работают обычные способы досуга. Поэтому мне было важно, например, слушать один и тот же трек или читать какую-нибудь простую литературу типа книг Евгения Алехина или купленного мной в одной из ереванских кофеен свежего приключенческого романа Артуро Переса-Реверте. Чаще всего я летал ночью, и вот я сижу, читаю о приключениях итальянского водолаза, подрывающего британские подлодки во время Второй мировой войны, и слушаю именно эти две песни Хрусталика. Les Amours Imaginaires чуть обогнала Carcase, потому что акустическая гитара как основной инструмент у электронной группы кажется мне чем-то нетривиальным в 2025 году. Это обнажает песню еще сильнее, чем в своих фотосессиях обнажается вокалистка группы, и, сдается мне, именно поэтому мне так дорог и последний релиз Ic3peak, упущенный из виду большинством моих коллег (о нем мы поговорим через три недели). Второе место в моем топе — у песни Harvest Sky. Французская электронщица Oklou выпустила альбом, который я встречаю в топах самых прослушиваемых у, наверное, каждого третьего. Песни Harvest Sky и Blade Bird (даже странно, что последняя не дошла до топов) разделяли функции душеспасительных и сопроводительных (очень много слушал их в многочисленных поездках между Ереваном и Тбилиси). В минуты острых романтических переживаний мая и июня Harvest Sky как будто отделяла мои мысли от тела, сливая мою личность с припевом про медленный танец в урожайном небе. Ты как будто оказался на вечеринке, за которой наблюдаешь со стороны, но не паришься из-за того, что ты наблюдатель, а не участник, а кайфуешь. Про «Безумца» Дивизии я тоже уже писал. Лучшие песни на финальном альбоме — Сашины (эта и «Ласточки»). В этой — вся боль и одиночества, которые только может умещать один человек (или история об одном человеке). Жду от Саши, которая на днях отыграла свой последний концерт с Дивизией, новых песен, альбомов и концертов.