Эдит Кэвелл родилась в 1865 году в норфолкской деревне Сварстон в семье приходского священника, работала гувернанткой — в том числе в Брюсселе — и лишь затем получила сестринское образование. В 1907 году хирург Антуан Депаж пригласил её возглавить новую школу медсестёр в брюссельском Иксельсе; Кэвелл основала профессиональный журнал для медсестёр и считалась одной из тех, кто поставил сестринское дело в Бельгии на современную основу. Начало войны застало её в Англии у родных, но она вернулась в Брюссель. После того как осенью 1914 года город оказался под германской оккупацией, клиника Кэвелл превратилась в звено подпольной сети. Вместе с принцем Режинальдом де Круа, архитектором Филиппом Боком и другими она укрывала отставших и раненых солдат союзников и переправляла их к границе нейтральных Нидерландов. По собственному признанию, через её руки прошло около двухсот человек — примерно шестьдесят британцев, полтора десятка французов, а также французские и бельгийские мужчины призывного возраста, стремившиеся попасть в армию. С точки зрения германского военного права это было тяжкое преступление. 6 августа 1915 года Кэвелл арестовали — сеть была выдана. Десять недель она провела в заключении, последние две — в одиночной камере, и на допросах подробно признала свою роль. Военно-полевой суд Германской империи признал её виновной в «военной измене», каравшейся смертью. К смертной казни приговорили пятерых, но исполнили приговор только над двумя — Кэвелл и Боком. Американские, испанские и иные дипломаты пытались добиться отсрочки, британское правительство признало, что бессильно помочь, а германский военный губернатор распорядился не тянуть. Утром 12 октября 1915 года, около семи часов, Эдит Кэвелл расстреляли на стрельбище Тир-насьональ в брюссельском пригороде Схарбек. Казнь вызвала взрыв негодования по всему миру. Германские власти её оправдывали законностью приговора, но пропагандистский урон оказался огромным: британское бюро военной пропаганды сделало имя Кэвелл одним из самых узнаваемых символов, её портреты и история использовались в вербовочных кампаниях, а публикации были рассчитаны и на американское общественное мнение — США тогда ещё не вступили в войну. Часть первых газетных версий событий была неточной, и многие считали Кэвелл шпионкой, хотя в шпионаже её не обвиняли и не осуждали (позднейшие исследования, впрочем, показывают, что её сеть попутно собирала сведения). Кайзер вскоре распорядился, что впредь смертные приговоры женщинам могут исполняться только с его личного согласия. Похороненная сначала у стен тюрьмы Сен-Жиль, Эдит Кэвелл после войны вернулась в Англию: в мае 1919 года её останки доставили через Дувр, отслужили службу в Вестминстерском аббатстве и 19 мая перезахоронили у Норвичского собора. Памятники ей поставили в Лондоне близ Трафальгарской площади, в Норвиче, Брюсселе, Мельбурне, Канаде и Новой Зеландии, её именем назвали гору в канадской Альберте, а Церковь Англии поминает её именно 12 октября. #ВэтотДень@wwimemes