Голубь наведения До появления современных систем наведения американцы всерьёз разрабатывали ракету, которую должны были вести к цели три голубя. И это была не шутка. Идея принадлежала одному из самых известных психологов XX века, Берресу Фредерику Скиннеру, будущему классику бихевиоризма. Во время Второй мировой американцам требовалось оружие, способное самостоятельно удерживать цель. Электроника 1940-х справлялась с распознаванием объектов не слишком хорошо. А голубь справлялся. Скиннер рассуждал очень просто: у птицы прекрасное зрение, она умеет узнавать объекты и чрезвычайно быстро реагирует на их движение. Значит, вместо того чтобы строить машину, распознающую корабль, можно научить распознавать корабль голубя. Так появился Project Pigeon. Голубей приучали получать зерно, когда они клевали изображение цели. Постепенно задача усложнялась. Корабль на экране двигался, менял положение, изображение становилось хуже. Птица должна была продолжать удерживать его клювом. Получалось настолько хорошо, что обученные голуби могли непрерывно работать гораздо дольше нескольких минут, необходимых оружию для подхода к цели. Дальше начиналась инженерия. В носу планирующей бомбы находилась оптическая система. Она проецировала изображение земли перед оружием на экран перед голубем. Пока цель находилась в центре, птица клевала центр. Если изображение корабля уходило вправо, голубь начинал клевать справа. Система регистрировала положение ударов клюва и передавала поправку механизму управления. Бомба поворачивала. Изображение возвращалось к центру. Голубь снова клевал центр. Фактически птица была одновременно системой распознавания изображения и частью контура обратной связи системы наведения. Но оставалась очевидная проблема. Что, если голубь ошибётся? Скиннер предложил решение, удивительно похожее на резервирование современных систем: посадить в нос три голубя. Каждый независимо видел цель. Если как минимум два выбирали один и тот же объект, их решение определяло направление полёта. Получился биологический вычислитель с голосованием большинства. Военные проверяли и другую проблему: не запаникует ли система наведения в условиях настоящего боя. Возле голубей стреляли. Им включали оглушительный шум. Их помещали в барокамеру, раскручивали, меняли освещение, имитировали вспышки взрывов на экране. Голуби продолжали клевать цель. Система дошла до полноценного симулятора. Инженеры General Mills построили установку, имитировавшую поведение планирующей бомбы: она наклонялась и поворачивалась, а трёхголубиный блок действительно управлял её движением, удерживая движущуюся цель. Но Project Pigeon закрыли в 1944 году. Не потому, что голуби плохо работали. Развитие других систем наведения выглядело перспективнее, а сама идея птицы внутри высокотехнологичного оружия производила на военных примерно то впечатление, которое можно представить. История на этом даже не закончилась. В 1948 году ВМС США вернулись к идее под названием Project Orcon, Organic Control. Испытания продолжались ещё несколько лет. В одном цикле лучшие четыре голубя успешно удерживали цель в среднем в 79 процентах испытаний. Военные исследователи пришли к выводу, что «органическое управление» в принципе может применяться в боевой системе. Окончательно проект закрыли только в 1953 году, когда электронные системы наведения уже стремительно догоняли птиц. Один из трёхголубиных носовых блоков сохранился и сегодня находится в Смитсоновском музее. Сейчас идея ракеты с голубями внутри звучит анекдотом. В 1940-х инженерная логика была вполне рациональной. Если у вас ещё нет машины, способной увидеть корабль и понять, что это корабль, можно взять того, кто уже умеет.