Последняя партия человечества. Как искусственный интеллект победил человека в шахматы В мае 1997 года в Нью-Йорке произошло событие, значение которого далеко выходило за пределы шахматного мира. Чемпион мира Гарри Каспаров* проиграл матч компьютерной системе Deep Blue, созданной корпорацией IBM. Шесть партий, несколько дней напряжённой борьбы — и результат, который многие современники восприняли как символическое поражение человеческого разума. На протяжении столетий шахматы считались едва ли не высшим проявлением интеллектуальных способностей... Здесь требовалось не просто вычислять варианты, но и предвидеть будущее, понимать замыслы противника, жертвовать сегодняшними выгодами ради отдалённой цели. Шахматный талант ассоциировался с гениальностью. И вдруг оказалось, что машина, не испытывающая ни вдохновения, ни страха, ни радости победы, способна одолеть лучшего шахматиста планеты. Однако история этого противостояния началась задолго до появления электронных компьютеров... [*Ремарка в соответствии с законом РФ об упоминании иноагентов в СМИ. Гарри Каспаров* — советский российский шахматист, 13-й чемпион мира по шахматам (1985—2000). В России признан иностранным агентом (2022), с марта 2024 г. включён Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов.] В 1770 г. при венском дворе императрицы Марии Терезии был продемонстрирован необыкновенный автомат. Его создатель, изобретатель Вольфганг фон Кемпелен, представил публике фигуру человека в восточном одеянии, сидевшего за шахматной доской. Устройство получило название «Механический турок». Автомат передвигал фигуры, реагировал на действия соперника и выигрывал партии. В последующие десятилетия он путешествовал по Европе и Америке. Среди его противников оказались Наполеон Бонапарт и Бенджамин Франклин. Публика была заворожена. Неужели металлические механизмы, шестерёнки и рычаги действительно способны мыслить? Разгадка оказалась прозаической: внутри хитроумно устроенного шкафа скрывался настоящий шахматист, управлявший действиями фигуры! Но… здесь обнаруживается любопытный исторический парадокс. Человечество ещё не умело создавать думающие машины, однако уже испытывало настойчивую потребность доказать, что такие машины возможны. «Механический турок» был обманом. Зато сама идея пережила его почти на два столетия: когда шахматы стали научной задачей.