Финляндия против Германии: как бывшие союзники сошлись в Лапландской войне Может возникнуть вопрос: а для чего вовлечение в войну с немцами финнов вообще было нужно Москве? Как можно всерьез надеяться на лояльность бывших союзников своего злейшего врага? Неужели бы и без них с разгромом армий Третьего Рейха за Полярным кругом не справились бы? Да справились бы, конечно, — тут никаких сомнений быть не может... Карельский фронт вообще был уникальным уже хотя бы потому, что на нем до самого конца войны сохранялся участок Государственной границы СССР, — так и не занятый врагом даже в самые трудные месяцы 41 года. А уж в 44-м, когда территория, занятая вермахтом, сжималась, как «шагреневая кожа», — то и подавно. Просто с одной стороны, любая победа в бою оплачивается кровью своих солдат. Соответственно, если ее количество может быть уменьшено за счет помощи даже самых ненадежных новых союзников — то, как говорится, «на безрыбье — и рак рыба». С другой же стороны, такая опция как «просто выход из войны», переход из статуса верного сателлита Третьего рейха в статус «нейтральной страны» в годы Второй Мировой просто не рассматривался. Не только СССР, — но и всей «Большой Тройкой» в целом. Повоевал на стороне Гитлера, попив немало крови борцов с фашизмом, — будь добр теперь смыть вину тоже кровью: и своей, и своих новых врагов, и прежних союзников! В том числе и для того, чтобы не было желания опять переметнуться обратно — в случае если вдруг будет повод. А повода такого во вроде бы порвавшей с Третьим Рейхом Финляндии ждали многие — недаром уже в конце сентября—начале октября все того же 1944 года командование финской армии стало создавать тайные склады с оружием — вместо предусмотренных условиями перемирия 19 сентября его сдачи под контроль уполномоченных СКК советских офицеров. После раскрытия этого откровенного заговора летом 1945 года только официально осуждено было почти полторы тысячи финских военных в не самых малых чинах… В этом смысле особо знаменательным выглядит назначение командующим финскими войсками в Лапландии генерала Сииласвуо, которого в Берлине считали своим верным сторонником и даже потенциальным кандидатом на роль главы марионеточного правительства в случае успеха прогерманского путча. Если уж такой высший офицер не отказался воевать против недавних «братьев по оружию» со свастикой на знаменах — что было говорить о его подчиненных? Особенно — о мобилизованных простых финнах солдатско-сержантского состава. Как говорится, «клин клином вышибают» — и трогательное «братство» на основе фашистских идей лучше всего лечится прицельной стрельбой по целям в «фельдграу». Пусть вначале и вынужденной приказом сверху — но когда начинают стрелять в ответ, уже вполне и мотивированной хотя бы собственным инстинктом самосохранения.