Как будущие «французские Власовы» антигерманский договор с СССР заключали 2 мая 1935 года в Париже был подписан советско-французский пакт о взаимопомощи. Правда, его пустопорожние формулировки и суть были направлены лишь на попытку усыпить бдительность Москвы в ее противостоянии с набирающим силу фашизмом… Собственно, для того, чтобы это понять, достаточно минимально внимательно вчитаться в биографию человека, подписавшего Пакт с французской стороны — Пьера Лаваля, политика, четырежды занимавшего пост премьер-министра Франции... Который по Конституции не нынешней Пятой Республики, а тогдашней Третьей (да впрочем, и послевоенной Четвертой — пока ее не, хм, реформировал в октябре 1958 года намеком на дозированное применение силы генерал Де Голль) являлся настоящим руководителем страны при больше «декоративном» президенте. Так вот, два последних раза господин Лаваль занимал высший государственный пост… при немцах! Ну, то есть при формально независимом — капризом Гитлера: — клочке Франции, вошедшим в историю как «режим Виши» во главе с маршалом Петеном, — но коллаборационистская суть сего предателя от этого не меняется. Собственно, сей «французский Власов» от своего прототипа, бывшего до своего предательства советским генералом, ушел недалеко — во всяком случае, в финале своей презренной жизни будучи отправлен в мир иной по приговору французского же суда даже пораньше руководителя РОА, в октябре 1945 года. Ну, разве что местные судьи все же проявили в отношении к бывшему топ-земляку некое снисхождение — постановив казнить его не «собачьей смертью» через повешение, а — путем считающегося минимум в военной среде более «благородным» — расстрела. С другой стороны, с учетом того, что в якобы «героически сражающейся с Третьим Рейхом» Франции подавляющее большинство политиков, прежде верно служивших в структурах режима Виши, «узнало» об этом лишь с летним наступлением англо-американских войск после высадки в Нормандии 6 июня 1944 года, такая мягкость и неудивительна. А то мало ли, вдруг пришедший с друзьями-англичанами де Голль не захотел бы ограничиться в своих «послевоенных чистках коллаборационистов» лишь избранными «топами» из верхушки «вишистов» и тысячами девушек, имевших несчастье «крутить амуры» с немцами в годы официального союза их петеновской «La Belle France» с Гитлером. И взялся бы за «середнячков» тоже, бесчисленную армию чиновников, прилежно помогавших гестапо отправлять в газовые камеры коммунистов, евреев и просто настоящих борцов с оккупантами. Для такого случая и пригодился бы прецедент с расстрелянным, а не повешенным Лавалем, — чтобы не болтаться на виселице и самим. Впрочем, в 1935 году Пьер Лаваль был еще только «дважды премьером» — причем с приставкой «экс». И занимал на то время чуть менее значимый пост министра иностранных дел — при другом премьере, своем тезке Пьере Фландене. Который, кстати, в антисоветско-пронемецких настроениях ему уступал ненамного — так что и «Мюнхенский сговор» сентября 1938 года по сдаче Гитлеру Судетской области целиком одобрил, и позже вместе с Лавалем в высшие структуры режима Виши вошел. Правда, там якобы подвизался в качестве «двойного агента», оказывая услуги и гитлеровцам, и Сопротивлению. А может, просто служил тем, кто — что в период оккупации, что до и после нее — имел настолько много денег и влияния, что даже де Голль не рискнул отказывать им в просьбе «порадеть родному человечку». Так что после войны Фландена хоть было и осудили (всего на 5 лет), — но в тот же день и оправдали якобы на основании тех самых «заслуг».