Реформы Чавеса: триумф или поражение? Не будет преувеличением сказать, что история Венесуэлы в последние четверть века читается как авантюрно-приключенческий роман. И все же за всеми этими кризисами, интригами, попытками переворотов и их срывами не стоит забывать и об идейно-экономической основе происходящего… Действительно, одним из самых расхожих объяснений происходившего в «Маленькой Венеции» в 21 веке является тезис «…пока при власти был Чавес — он своей непревзойденной “харизмой” служил “паровозом” для локомотива массы своих соратников, вытягивая их из всех неурядиц. А вот после его смерти (5 марта 2013 года, — кстати, ровно через 60 лет после ухода из жизни другого непревзойденного по авторитету лидера, несмотря на всю вылитую на него позже грязь, Иосифа Сталина) все начало постепенно разваливаться». Впрочем, убежденные «античависты» либерального толка не преминут позлорадствовать на тему того, что, дескать, именно Уго Чавес своей, конечно же, «…непродуманной и популисткой политикой заложил основы серьезного кризиса», в конце концов и приведшего к похищению действующего его преемника, действующего президента Мадуро — в ходе пиратского рейда американского спецназа на Каракас. И тем, что денег на помощь бедным назанимал столько, что ни один из его предшественников не сумел, — что «неизбежно должно было привести к дефолту», который действительно произошел в 2017 году. И тем, что «истинную демократию зажимал», — держась только на штыках подконтрольной армии и еще более подконтрольного ополчения из числа своих сторонников. Тут, правда, интересный вопрос возникает — если «преступная диктатура чавистов» была действительно столь «обреченной на развал в своей основе» — как она вообще могла тогда столько денег наодалживать, кто ей их мог предложить? «Добрые дядюшки» из СССР (да и то преимущественно в годы Хрущева, когда миллиарды советских денег фактически дарились «друзьям» образца Египта, чтобы остаться там навсегда и без отдачи, после чего местные элиты благополучно меняли покровителей на привычный Вашингтон) — уже сошли с мировой арены. И даже китайские коммунисты в плане международных (да и внутренних тоже) финансов теперь выступали преимущественно с прагматических позиций. О западных же банкирах-инвесторах и говорить нечего — ожидать от них вкладывания крупных денег на социальные расходы, тем более без надежды на возвращение с процентами, — это уже из области ненаучной фантастики. Стало быть, эти «владельцы заводов, газет, пароходов» четко видели в якобы «популистском и антирыночном режиме Чавеса» явный потенциал, — позволяющий ссудить ему деньги без риска их потерять? В конце концов, немало «нефтяных монархий» (да и формальных республик тоже) нередко берут в долг денег на соцрасходы для своих граждан не меньше — и тоже их получают, ведь обеспечением их кредитоспособности являются имеющиеся залежи «черного золота». По которым, кстати, Венесуэла занимает первое место в мире. Но место это она занимала уже последние полвека точно. А вот государственный долг в размере от 63 до 150 млрд долларов (во всяком случае, по версии британского иноагента Википедии — с любимейшим приемчиком облыжной пропаганды этой страны: «хайли лайкли», — «весьма вероятно», пусть и без доказательств) — это уже серьезно. Серьезно тем, что он уже одним своим размером свидетельствует о куда большем доверии международных кредиторов к «коммунисту Чавесу», нежели к его рафинированно-«демократическим» (и прозападным) предшественникам образца коррумпированных политиков «пакта Пунто-Фихо».