Как Финляндия едва не стала королевством Германского Рейха Между Четвертым и Вторым — перерыв был небольшим Нынешнее членство «страны Суоми» в Евросоюзе, четвертой модификации Германского Рейха с доминированием в «единой Европе» немцев, стало результатом далеко не первой попытки финских элит добиться покровительства Берлина. Первая из них была предпринята еще в далеком 1918 году — и сорвалась отнюдь не из-за некоего «внезапного прозрения» местных «патриотов»-белофиннов… Действительно, с 10 августа 1918 по 17 июля 1919 года Финляндия официально числилась королевством. Хотя, конечно, гордое титулование так и тянет взять в кавычки — поскольку король сего королевства так и не прибыл во свои владения — и вообще отрекся от престола спустя чуть больше двух месяцев после своего избрания монархом, в декабре 1918 года. Оно-то, конечно, истории известны относительно стабильные «монархии без монарха» — самым ярким примером которых является Венгрия между мировыми войнами — как раз и возглавлявшаяся всего лишь регентом — адмиралом Хорти. И не потому, что законный король не мог или не хотел занять трон — очень даже хотел, так что его «верному слуге» даже пришлось в начале 20-х направлять против сил начавшего «марш на Будапешт» монарха подчиненные «адмиралу без флота» войска. Однако сравнивать Венгрию с Финляндией в указанный период (да, в общем, и в целом) по данному пункту будет очень большой натяжкой. Потому что венгры — нация с давней традицией национальной государственности, пусть и прерывавшейся на несколько столетий после фактического завоевания их страны Австрией. А вот сказать такое и о финнах как-то не получается. Ибо практически весь обозримый период и Средневековья, теряющийся в глубине «темных веков», и Нового Времени их территория была вассальной в отношении более сильных соседей. До начала 19 века — Швеции, до 1918 года — Российской империи; после 1945 года — Советского Союза (пресловутая «финляндизация» — почти в духе подхода китайских коммунистов-реформаторов в отношении Гонконга «Одна страна — две системы»). Да и нынешнее членство Хельсинки в ЕС и НАТО называть «полной независимостью» можно только в рамках пропагандисткой парадигмы образца Сороса и компании. Тем более что и сам Евросоюз по сути представляет собой несколько «облагороженную» версию «единой Европы Гитлера» времен Второй мировой — с полным экономическим и почти полным политическим (вплоть до немки во главе Еврокомиссии уже второй срок подряд) доминированием Германии. *** Тем не менее говорить о превращении Финляндии в королевство как о некой сенсации тоже не вполне корректно. Поскольку данное действо местного так называемого парламента (ага, принятое 58 депутатами из 64 собравшихся — при 200 «списочных» местах, то есть чуть больше четвертью депутатского корпуса) по большому счету было не столько о восстановлении монархии в принципе, — но лишь о повышении ее статуса с прежнего «великого княжества» до вроде бы полноценного королевства. Все дело было в довольно запутанной местной законодательной системе, — которая почти в неприкосновенности сохранилась здесь и после присоединения к России в 1809 году. Основой которой являлся «Закон о правлении Швеции» 1772 года — как раз и провозглашавший Финляндию «Великим Княжеством». Пост князя которой, правда, обычно «по совместительству» занимал реальный монарх страны, которой «страна Суоми» на тот момент реально и принадлежала — будь то шведский король или российский император. Тоже, кстати, не уникальная система, — например, тесные отношения Великого Княжества Литовского и Королевства Польша до Люблинской Унии 1569 года, положившего начало официальной межгосударственной федерации Речи Посполитой, почти два века до этого обеспечивались за счет «династической унии» польского короля и литовского Великого князя в одном лице представителя династии Ягеллонов.