Как Чавес проиграл переворот, — но выиграл высшую власть Период правления президента Андреаса Переса стал фактически последним в политической системе, сложившейся после подписания в 1958 году в поместье Пунто-Фихо, — принадлежащем лидеру партии КОПЕЙ (социал-христиане) Рафаэлю Кальдере: — соглашения о фактическом распределении власти между его участниками, вне зависимости от формальных итогов президентских и парламентских выборов... «Бенефициарами» пакта с тех пор стали преимущественно две партии — «Демократическое действие» социалистов Бетанкура и та самая КОПЕЙ. Любопытное совпадение — именно Рафаэль Кальдера стал последним президентом, выходцем политической системы, инициированной в его резиденции — и при его теснейшем участии в этом «договорнячке». История — дама с юмором. И, «развиваясь по спирали», нередко любит повторять на разных витках этой самой спирали некоторые знаковые аналогии. Например, когда имя одного из двух легендарных основателей Рима: Ромула и Рема, — носил и последний император Западной Римской Империи Ромул Августул, после устранения которого в 476 году вождь одной из наемных германских дружин Одоакр, захвативший власть, отослал знаки императорской власти «восточному» императору Зенону, — тем самым полностью упраздняя имперский статус «Первого Рима». Или возникновение и гибель уже «Рима Второго», Византийской империи, связанного с именами, соответственно, императоров Константина Великого — и Константина Одинадцатого. Но такие длительные промежутки — для великих империй и великих людей, олицетворять же начало и конец довольно-таки жалкой «эпохи Пунто-Фихо» хватило жизни одному-единственному политикану… Собственно, Кальдера и сыграл роль не столько даже вышеупомянутого «последнего императора» Ромула Августула — сколько именно того самого Одоакра. «Могильщика» (ну или, по-современному, «председателя ликвидационной комиссии») «пунто-фихизма», — ставшего уже слишком одиозным для подавляющего большинства и граждан, и даже ведущих политиков. Ярким примером которых как раз и явился сам же многодесятилетний лидер КОПЕЙ, — накануне выборов 1993 года порвавший со своим прежним детищем, чтобы «ребрендингом» своей подупавшей в рейтинге фигуры попытаться одержать победу. Эдакий «венесуэльский Горбачев», — который, доведя КПСС, избравшую его в 1985 году своим лидером, до полного краха, 24 августа 1991 года демонстративно отказался от должности ее Генерального Секретаря, а в ноябре того же года еще и от партбилета. Хотя, кстати, чуть забегая наперед, полностью «косплеить» германского вождя, не захотевшего принимать императорские регалии, вместо этого отослав их в Византию императору Зенону, Кальдера не стал, — отказавшись передавать президентскую ленту своему преемнику Чавесу, которому он, в общем-то, окончательно вымостил дорогу к победе своей профнепригодностью. Этот символ власти передал победителю выборов председатель парламента… Еще, в отличие от Горбачева, прежнего «главКОПЕЙщика», его однопартийцы исключили сами — после того как тот вовсю занялся формированием блока «Конвергенция». Этакой «солянки сборной», тут же названной местными острословами «Чириперо» — «тараканами». В которую вошли и часть прежних «социал-христиан», прежде активных оппонентов коммунистических идей, и некоторые националисты, и альтернативные «АДекам» социалисты, и даже коммунисты. В принципе, для большинства этих сил данный блок был чисто ситуационным союзом — с целью не допустить сохранения при власти тех самых АДеков. Всерьез рассчитывавших, что после импичмента с их стороны своему же проворовавшемуся и обанкротившемуся лидеру-президенту Пересу народ вновь позволит им провести в президентское кресло якобы «новое лицо» их поднадоевшей за десятилетия партии.