Межвоенная Югославия накануне коллапса Мы уже достаточно много времени посвятили разбору долгого и многогранного пути южнославянских народов к обретению единого государства (хоть и не для всех славян, поскольку болгары оказались «за бортом»), а затем внутри- и внешнеполитических процессов, происходивших как при участии, так и вокруг молодого государства... Выяснив, насколько хрупким по своей сути было новообразованное Королевство сербов, хорватов и словенцев, с 1929 года именуемое просто Королевством Югославией, нам предстоит погрузиться в анализ дальнейшего развития этого государства. Впрочем, рассматриваемый нами период не отличается особой длительностью, поскольку более-менее мирное существование Югославии продлилось всего лишь два десятилетия. Даже без войны в ней не утихали внутренние конфликты, выливавшиеся, например, в стрельбу в сербском парламенте (скупщине) Пунишей Рачичем в хорватских депутатов и, в частности, в лидера Хорватской республиканской крестьянской партии (далее будем именовать её ХРКП для краткости) Степана Радича, а также в многочисленные покушения и, в конце концов, в убийство Александра Карагеоргиевича в 1934 году Владо Черноземским, участником Внутренней Македонской революционной организации (ВМРО). Начать нужно с 1929 года, когда сложное и непонятное название южнославянского государства превратилось в простое и лаконичное «Королевство Югославия». Произошло это в результате государственного переворота короля Александра, отменившего конституцию страны. Дело в том, что Видовданская конституция 1921 года, которая закрепляла парламентскую монархию, показала свою крайнюю неэффективность ввиду постоянных споров в скупщине, нередко доходивших до драк и кровопролития. Соответственно, так называемая «Диктатура 6 января» была призвана положить конец этому беспорядку и построить государственную власть по принципу «твёрдой руки». Новое название страны подчёркивало, что все южнославянские народы, населявшие государство, теперь были едины — хотя, как мы уже видели (и ещё увидим), это было совершенно не так. Король Александр также провёл административную реформу теперь уже в Югославии и упразднил традиционное деление на 33 области, заменив их на 9 бановин. Важно отметить, что в сербохорватском языке слово «бан» означает «господин, правитель», что фактически обосновывало претензии короля на унитаризм вместо автономизации национальных регионов. Однако про Александра Карагеоргиевича было уже сказано много, поэтому перейдём к его двоюродному брату, начавшему править после убийства Александра в 1934 году, — Павлу Карагеоргиевичу. Почему правил двоюродный брат, когда был сын и законный наследник Пётр II? Всё просто: сын Александра был слишком юн, чтобы править (в 1934 году ему было 11 лет), поэтому де-факто власть находилась в руках регентского совета во главе как раз таки с Павлом Карагеоргиевичем. Принц Павел имел более «югославское» мировоззрение, чем Александр. В том смысле, что он стремился найти компромисс между разрозненными этническими группами. Он также больше симпатизировал демократизации политического устройства. Его главной целью было решение проблем, доставшихся от предыдущего правительства. Он хотел покончить с жёстким контролем и цензурой. Он также стремился установить мир в стране, урегулировав противоречия между сербами и хорватами. Павел надеялся, что оба народа будут ладить друг с другом, однако он также считал своим долгом передать королевство Петру в целом неизменным. Будучи принцем-регентом, Павел обладал большой властью, однако он не стремился ею пользоваться. Это привело к тому, что в период его правления Югославию называли «диктатурой без диктатора». Павел не хотел быть у власти и воспринимал управление Югославией как тяжёлую ответственность. Югославский регент был очень привязан к Британии и Греции, изначально не доверяя фашистской Италии и нацистской Германии. В то же время, памятуя об огромных потерях Сербии в Первой мировой войне, Павел не хотел, чтобы Югославия вступала в новую войну.