Афанасий Ордин-Нащокин: дипломат, опередивший своё время Всё это было вполне разумно, однако успешным переговорам с поляками мешала череда военных неудач. Весьма родовитый, но бестолковый как военачальник воевода Хованский терпел одно бесславное поражение за другим. Припасы неумолимо истощались, люди устали от войны. Алексей Михайлович пытался вести переговоры о прекращении боевых действий, но поляки их проигнорировали... Они просто не прибыли в Смоленск, где их ожидали русские дипломаты. И тогда московское посольство разделилось. Одни остались для проведения обмена пленными, в то время как А.Л. Ордин-Нащокин сам поехал в Польшу, собираясь предложить не просто мир, но заключить тесный союз на самых выгодных для поляков условиях. Поездка окончилась неудачей, поскольку поляки, преисполнившись веры в свою победоносность, планировали наступать, перейдя на левый берег Днепра. Правда, боевые действия в 1663 году, которыми руководил непосредственно сам король Ян Казимир, были для него малоуспешны, а потому несколько поумерив свой гонор, поляки теперь уже сами захотели переговоров о мире. Польский посланник Самуил Венславский прибыл в Москву в начале 1664 года. Переговоры с ним вёл назначенный для этого царём А.Л. Ордин-Нащокин. Пришли к согласию о том, что посольские съезды пройдут той же весной под Смоленском. Прибыть туда от Московского царства должны были высокородные бояре: князь Н.И. Одоевский и Ю.А. Долгорукий, окольничий князь Д.А. Долгорукий, а также думные дворяне А.Л. Ордин-Нащокин и Г.Б. Нащокин. Перед своим отбытием Афанасий Лаврентьевич, на которого возлагалась главная задача по ведению переговоров, передал Алексею Михайловичу свои соображения относительно насущной необходимости прочного союза с поляками, основываясь на котором можно будет в дальнейшем сокрушить Швецию. Интересным нюансом здесь было то, что при заключении простого мира Россия должна была бы возвратить всех военнопленных поляков, которых за годы долгой войны набралось немало. Между тем, многие из этих людей давно уже обжились, иные даже обзавелись семьями. Их передача Польше вызвала бы затруднения и, кроме того, эти мастеровые и знающие люди приносили немало пользы, делясь с россиянами своими знаниями и опытом. При дружественном союзе с Польшей появлялась возможность свободно покровительствовать православию на польских землях, что было заманчиво и лестно для русского царя, видевшего свою особую сакральную роль в защите веры православной… Как отмечал А.Л. Ордин-Нащокин, единоверные русским волохи и молдаване, отделяемые враждебно настроенной католической Польшей, получат возможность соединиться с Московским государством через союзную польскую державу и тем самым отдалятся от тлетворного влияния турок. Дети святой восточной церкви от берегов Дуная и далее, через Днестр, Подолье, Червонную Русь, Волынь и Малороссию духовно воссоединятся с Россией.